АЛРОСА отметила рост интереса к инвестициям в бриллианты в условиях валютных ограничений

Алмазодобывающая компания АЛРОСА отмечает с начала марта 2022 года кратный рост интереса к инвестициям в бриллианты в условиях валютных ограничений. Об этом ТАСС сообщили в пресс-службе компании.

Сегодня

В первом квартале 2022 года Sarine Technologies заработала $15,6 млн

В первом квартале 2022 года Sarine Technologies заработала $15,6 млн, что всего на 9,9% меньше, чем в исключительно хорошем первом квартале 2021 года, и это надежно обеспечило валовую прибыль в 71,8%, говорится в сообщении компании для инвесторов...

Сегодня

На руднике Мотаэ в Лесото добыт еще один рекордный алмаз

Компания Lucapa Diamond и ее партнер, правительство Королевства Лесото, сообщили об извлечении алмаза весом 204 карата на руднике Mothae в Лесото.

Сегодня

В Минфине заявили об устойчивом финансовом состоянии АЛРОСА

Финансовое состояние АЛРОСА, находящейся под санкциями США, достаточно устойчиво, компания имеет запас прочности для поиска возможностей по реализации своих алмазов, заявил журналистам в Госдуме замглавы Минфина Алексей Моисеев.

Вчера

В 2021 году объем розничного ювелирного рынка России достиг 301 млрд рублей

По данным Аналитического Центра SOKOLOV в 2021 году розничный ювелирный рынок России в денежном выражении вырос на 27% относительно 2020 года и достиг 301 млрд рублей, говорится в пресс-релизе центра.

Вчера

Маранге питает приграничный дилерский узел

19 ноября 2010

Выставив указательный палец наружу, где стоит палящая жара, таксист просто замолкает, проезжая через гущу международных алмазных дилеров, которые обосновались около границы Зимбабве, пишет www.miningmx.com в заметке, полученной от Sapa-AFP.

 «Здесь ливанцы. Американцы находятся вот здесь. Десять человек из Гвинеи живут в этом доме. Тут пакистанцы. A здесь люди из Нигерии», - сообщает Реймонд Реба (Raymond Reba), 24 лет, через каждые несколько метров, проезжая среди прочих и мимо человека с поднятым в надежде пальцем – сигнал, что он открыт для бизнеса.

«Там покупатель. Вот еще один. Там снова покупатель», - показывает таксист.

По всему миру эти камни запрещены как «кровавые алмазы», и наблюдатель от Кимберлийского процесса не смог прийти к соглашению  насчет того, разрешить ли Зимбабве возобновить экспортные поставки со своих конфликтных  месторождений в Маранге.

Но если проехать немного дальше в Манику (Manica), город, расположенный в Мозамбике, не являющемся членом Сертификационной схемы Кимберлийского процесса, можно увидеть, что дилеры в охраняемых домах в открытую ожидают прибытия продавцов из-за границы, которые когда-то просили несколько долларов за банку из-под масла, наполненную алмазами.

«Они обычно срезали верх банок и заполняли их», – вспоминает 27-летний бельгиец, прибывший в маленький городок четыре года назад.

После того как в 2006 году в Зимбабве вспыхнула открытая для всех неистовая добыча алмазов, когда жители деревень находили эти драгоценные камни в песчаной почве засушливых холмистых районов Маранге, новости о баснословных прибылях получили быстрое распространение.

Придорожные продавцы тормозили водителей знаками в виде алмазов, вырезанных из желтых пластиковых контейнеров, давая понять, как много у них товара, в то время как другие пересекали границу, устремляясь в Манику, чтобы обменять похожие на гальку грязноватые необработанные алмазы на продукты питания.

«Люди стали съезжаться сюда в середине 2007 года. Слухи доходят повсюду», - говорит бельгиец, который считает, что в Манике работают от 150 до 200 дилеров.

Но когда свалившееся с неба богатство в Маранге стало, по оценкам, способным ежегодно приносить $1,2 миллиарда, полиция Зимбабве поспешила вмешаться с целью получения своей доли путем создания коррумпированных объединений  с мелкими добытчиками.

В конце 2008 года  правительство президента Роберта Мугабе направило армию, которая истребила более 200 человек в течение трехнедельной бойни - переполненный местный морг отказывался тогда принимать тела, о чем сообщала Организация по наблюдению за соблюдением прав человека (Human Rights Watch).

В конце года военные стали принуждать местных жителей вести добычу алмазов, что побудило группы борцов за права человека призывать к запрету добычи драгоценных камней.

Когда в 2008 году в Зимбабве в ходе выборов начались волнения, в Манике расцвела контрабанда, поскольку сюда слетелись покупатели со всего мира, раскупив все дома и оснастив их приборами для анализа и взвешивания алмазов.

«В 2006 году, например, каждый день поступало товара на сумму от $500 000 до $600 000», - рассказывает бельгиец, у которого во дворе дома стояли два полноприводных пикапа серебристого цвета.

«А в 2008 и 2009 годах товара стало поступать намного больше», - вспоминает он.

Достигла ли торговля своего пика? «Возможно, ее объем составляет от 1 до 1,2 миллиона в день, если судить на основании того, что я вижу – это без крупных покупателей, - говорит бельгиец. - У меня был клиент, который поставлял мне товара на 700 000 долларов каждую неделю».

Но дилеры говорят, что в Манику стало приезжать меньше контрабандистов, так как Кимберлийский процесс запретил продажу драгоценных камней из Маранге в прошлом году из-за жалоб по поводу принудительных работ и истязаний, предписав Зимбабве навести порядок.

С тех пор три компании получили лицензии на работы на месторождении, и было проведено два пробных аукциона драгоценных камней.

«Мы знали, что бизнес сократится, если Кимберлийский процесс разрешит выслать оттуда случайных старателей», - сказал бельгиец.

Но он воздерживается от того, чтобы назвать добывавшиеся там камни конфликтными алмазами, и отмечает, что в Мозамбике нет законов о сделках с алмазами.

«То, что здесь происходит, не связано с кровавыми алмазами. Это просто некоторое упрямство политических партий».

Хотя некотрые дилеры рискуют прересекать границу, чтобы купить драгоценные камни, создается впечатление, что алмазная лихорадка в Манике спала.

«Когда я приехал сюда, я услышал, что все закрыто. Для меня, как я вижу, все кончилось», - говорит 23-летний ливанский дилер, прибывший около полугода назад из Коно (Kono) в Сьерра-Леоне для ведения торговли, которая, как он знает, незаконна.

«Здесь нет будущего», - сказал он, туша сигарету, в то время как по спутниковому телевидению шла реклама покупок в телемагазине.

Выгоды от этого бизнеса получили не только дилеры: таксист Реба построил дом, заработав в прошлом году около 20 000 долларов за пять месяцев.

«В Манике полно покупателей. Хорошие дома, которые вы видите, построены за счет покупателей, а иначе это было бы очень бедное место, -  говорит он. - Раньше этим бизнесом занимались здесь каждый день. Теперь  же месторождения алмазов закрыты, поэтому сюда приезжает мало людей. Действительно, все закончилось».