Ввоз платины в Индию многократно вырос в силу злоупотребления дифференциальными импортными пошлинами

Как сообщает Reuters, в сентябре импорт платины в Индию многократно увеличился до рекордно высокого уровня, поскольку участники рынка импортировали большое количество золота, содержащего небольшое количество платины. Импортеры регистрировали эти покупки...

Сегодня

Запасы золота на руднике Асанко будут восстановлены

Компания Galiano Gold завершила металлургические испытания на золотом руднике Асанко (Asanko) месторождения Эсаасе (Esaase) в Гане. Испытания показали положительные результаты и позволили приступить к восстановлению запасов золота на...

Сегодня

Зимбабве горнодобывающим компаниям: платите половину роялти алмазами, золотом и платиной

Правительство Зимбабве хочет, чтобы горнодобывающие компании выплачивали половину роялти алмазами, золотом и платиной, а другую половину – наличными, поскольку оно намерено увеличить свой запас драгоценных металлов.

Вчера

Lucapa получила 3,1 млн австралийских долларов от SML в счет погашения кредита

Компания Lucapa Diamond получила еще один транш в размере 3,1 млн австралийских долларов от компании Sociedade Mineira Do Lulo (SML). Это произошло после того, как Национальный банк Анголы (National Bank of Angola) одобрил выплату всего...

Вчера

Трейдер Paloma Precious DMCC завершил первую транзакцию с банком ОАЭ

Член Дубайской биржи золота и сырьевых товаров (Dubai Gold and Commodities Exchange, DGCX) Paloma Precious DMCC завершил первую сделку с одним из самых авторитетных банков ОАЭ. Paloma Precious стал первым трейдером, получившим доступ к краткосрочной...

Вчера

История австралийских бриллиантов - это история бумов и сражений на фондовом рынке

10 августа 2022

Автор: Стюарт Келлс (Stuart Kells)

(themandarin.com.au) - Поиски алмазов в округе Кимберли последовали за печально известным бумом - «пузырем Посейдона» - в Австралии, когда акции геологоразведочной компании Poseidon NL, ведущей поиск никеля, выросли в цене с 50 центов до невероятных $280. Это также повлекло за собой рост акций других горнодобывающих компаний. Авантюрные предприниматели бросились открывать компании и инвестиционные фонды, имевшие сомнительные перспективы, но «не долго музыка играла».

«Люди разглядели пустые обещания новых компаний, - писал позже финансовый журналист Алан Колер (Alan Kohler), - и сама Poseidon оказалась гораздо менее перспективной, чем казалось на первый взгляд».

Начиная с конца 1960-х годов поиски алмазов поддерживались несколькими крупными британскими горнодобывающими группами, и австралийские инвестиции в горнодобывающую промышленность вызывали большой скептицизм. Благодаря Марку Твену (Mark Twain), в то время было распространено определение австралийского рудника как «дыра в земле, на которой сидит лжец».

Опасаясь бума на австралийском фондовом рынке, искатели алмазов шли на многое, чтобы сохранить свою деятельность в секрете. Они использовали кодовые названия и эвфемизмы, даже в разговорах между собой.

Их соглашение о совместном предприятии не указывало на то, что они заинтересованы в получении прав на добычу полезных ископаемых или поиск алмазов. Вместо «слова на букву “d”» (алмаз, diamond) участники использовали слово «барит», малоценный минерал, используемый в буровых растворах, в основном в нефтяной промышленности.

Однако секретность не могла длиться вечно. Когда искатели алмазов обнаружили месторождение алмазоносных вулканических трубок Эллендейл (Ellendale), некоторые партнеры компании Ashton решили реализовать свои интересы на Австралийской фондовой бирже (Australian Stock Exchange, ASX).

Юэну Тайлеру (Ewen Tyler) и другим искателям алмазов было чему радоваться. «Наконец-то мы могли поговорить о том, чем занимались последние десять лет, - сказал Тайлер. Ashton Mining быстро стала любимицей фондового рынка: ее акции торговались с премией 214% к цене размещения.

Рыночная оценка Ashton Mining подразумевала общую стоимость СП Ashton в размере $491 млн, что несколько больше, чем первоначальные инвестиции в размере $100 000 в 1969 году.

Однако сейчас было не время праздновать успех. Хотя более мелкие алмазодобывающие компании позже «заставят» Эллендейл платить, члены СП Ashton сочли это месторождение нерентабельным. Они еще не cчитали свое алмазное месторождение «золотым дном».

Однако всего год спустя алмазоискатели обнаружили следы полезного ископаемого в русле реки в Восточном Кимберли и нашли огромное месторождение Аргайл (Argyle). Аргайл, оцененный в то время в миллиарды долларов, превратится в крупнейший алмазный рудник в мире. Акции Ashton Mining снова взлетели до небес.

Месторождение Аргайл был активом мирового значения, и вскоре среди крупных игроков алмазной отрасли были предприняты попытки приобрести долю в нем и, возможно, полностью завладеть им.

В середине 1980-х годов, например, De Beers прощупывала ситуацию, согласятся ли основные акционеры Ashton Mining на предложение. Из этих дискуссий не вышло ничего существенного, но два десятилетия спустя вопрос о праве собственности на месторождение был полностью решен.

В июне 1998 года Rio Tinto заявила, что может быть готова продать свой контрольный пакет акций Аргайла. Rio не была уверена, хочет ли она заниматься алмазным бизнесом. Драгоценные камни были исключением, даже аномалией, в портфеле горнодобывающих компаний.

На следующем этапе добычи на месторождении Аргайл потребуется дорогостоящее строительство подземного рудника. Может быть, думали руководители Rio, лучший способ двигаться дальше - это избавиться от своей доли в месторождении Аргайл. Государственное учреждение Малайзии тоже придерживалось такого же мнения.

Малазийская горнодобывающая корпорация Malaysian Mining Corporation (MMC) владела значительной долей в Ashton Mining. Когда потенциальные покупатели обратились к MMC, компания заявила, что не спешит продавать, но рассмотрит предложения при цене выше $1,40 за акцию.

Через посредников малазийцы начали переговоры с De Beers. Алмазный гигант предложил сложную структуру сделки и давал $1,20 за акцию. MMC ответила, что не понимает предложенную структуру; и цена $1,20 за акцию в любом случае была слишком низкой.

Тем не менее, стороны договорились начать дальнейшие обсуждения, которые могли бы «преодолеть разрыв в оценке». В конце июля 2000 года De Beers объявила о заключении с MMC соглашения о предварительном предложении (из расчета $1,62 за акцию) по приобретению доли Ashton Mining Limited в размере 19,9% и о том, что теперь она будет стремиться приобрести оставшиеся акции. Завязалась полномасштабная битва за приобретение контрольного пакета.

Rio Tinto с некоторой тревогой восприняла стратегию De Beers. Поразмыслив, Rio все-таки была не готова покинуть месторождение, и ей не нравилась идея партнерства с De Beers на следующих этапах проекта. Rio ответила на предложение ценой, превышающей указанный диапазон MMC.

Окончательная ставка со стороны De Beers составила $2,28. После долгих размышлений и некоторых колебаний Rio Tinto подняла свое предложение до $2,20 за акцию, включая специальные дивиденды.

Таким образом, предложение De Beers было выше, чем у Rio, но инвесторы должны были учитывать и другие факторы. De Beers требовалось одобрение Наблюдательного совета по иностранным инвестициям (Foreign Investment Review Board, FIRB), и на его получение могло уйти не меньше месяца. Rio не нуждалась в одобрении FIRB, и она умело использовала этот факт.

Англо-австралийская горнодобывающая компания смогла сделать свое предложение по цене $2,20 безотзывной офертой, но в течение срока, который был короче, чем период утверждения FIRB. Хотя предложение было значительно ниже предложения De Beers, оно в меньшей степени зависело от условий. А срок сделал решение безотлагательным.

Совет директоров Ashton Mining был обеспокоен тем, что De Beers не сможет выполнить условия своего предложения к окончанию срока действия более твердого предложения Rio. Но может ли правление действительно рекомендовать акционерам принять предложение, предусматривающее более низкую цену? Директор Ashton Mining из Малайзии решительно поддержал предложение Rio - отчасти потому, что принятие этого предложения означало бы, что он выиграет зачистку офиса, организованную для битвы за поглощение.

Правление рекомендовало предложение Rio. В итоге Rio стала полноправным владельцем месторождения Аргайл, и De Beers пришлось столкнуться с новой реальностью. Игра за Аргайл была последней отчаянной попыткой восстановить старую отраслевую модель, согласно которой De Beers могла в значительной степени контролировать поставки алмазов.

Когда эта попытка не удалась, De Beers пришлось изменить свою позицию. Она открыла розничные магазины в крупных городах и зарекомендовала себя как люксовый бренд и респектабельная социально ответственная компания. Битва за контроль над отдаленным австралийским рудником изменила мировую алмазную отрасль.