De Beers снова поднимает цены на алмазы

По сообщениям СМИ, компания De Beers повысила цены на алмазы на своей первой в этом году торговой сессии в Габороне, Ботсвана. Информационное агентство Bloomberg сообщает со ссылкой на неназванные источники, осведомленные о происходящем, что De Beers...

Сегодня

Алмазы помогают увеличить ВВП Ботсваны

Рост спроса на алмазы помог реальному ВВП Ботсваны вырасти на 8,4% в третьем квартале 2021 года по сравнению с тем же периодом годом ранее, когда реальный ВВП упал на 4,5% из-за пандемии COVID-19.

Сегодня

Namdia более чем удвоила выручку, несмотря на пандемию COVID-19

Согласно сообщениям местных СМИ, компания Namib Desert Diamonds (Namdia) увеличила свою выручку на 120%, несмотря на пандемию COVID-19. Однако никаких данных на сей счет предоставлено не было, и пока неясно, в каком отчетном периоде зарегистрирован...

Сегодня

Шри-Ланка надеется продать свой голубой сапфир «Королева Азии» весом 310 кг

По сообщениям СМИ, Шри-Ланка собирается продать «Королеву Азии», свой голубой сапфир весом 310 кг, если покупатель заплатит более 100 млн долларов США. Природный сапфировый корунд голубого цвета весом 1 550 000 каратов был найден в частном владении в...

Сегодня

Theta Gold расширяет предварительное ТЭО для строительства подземного рудника

Компания Theta Gold Mines добавила рудник Ритфонтейн (Rietfontein) в Южной Африке к своему окончательному технико-экономическому обоснованию (ТЭО) для строительства подземного рудника после достижения положительных результатов первоначального...

Сегодня

Путь Филиппа Мелье к вершине в De Beers

07 декабря 2015

(Financial Times) - Когда в 2011 году De Beers искала для себя нового главного исполнительного директора, наиболее очевидная квалификация, которая была у Филиппа Мелье для такой работы, состояла, вероятно, в том, что он был «посторонним».

Наиболее известная в мире алмазодобывающая компания хотела получить руководителя со свежим взглядом на вещи, чтобы он подготовил ее для новой эры. И охотники за головами нашли такого лидера в лице Мелье - с его 30-летним опытом работы на производстве, связанном с легковыми и грузовыми автомобилями и поездами.

Шестидесятилетний француз, работавший в то время во французской промышленной группе Alstom, вспоминает, как много скептицизма было высказано в отрасли по поводу того, что кто-либо без опыта работы с алмазами или в области горной добычи способен проявить себя в этой роли. Четыре года спустя он сильно изменился – как изменился и конечный собственник компании De Beers - и вник в мистику самых желанных драгоценных камней в мире.

«Я всегда стараюсь работать с продуктами, которые люблю, - говорит он. - Этот крохотный кусочек камня… становится самым большим хранилищем стоимости в мире. И имя De Beers на его вершине делает его совершенно особенным».

Прошло уже 35 лет с тех пор, как Мелье оставил французскую бизнес-школу Insead и начал свою бросавшую его по всему свету карьеру: сначала в автомобилестроительной компании Ford, затем в Renault, а непосредственно перед переходом в De Beers он восемь лет проработал в Alstom.

В итоге всего этого, отмечает он, ему удалось принести в De Beers много схожего в плане производства, даже без знания горной добычи. Он получил опыт работы с брендами и с предприятиями с существенным государственным влиянием (правительство Ботсваны является акционером De Beers).

Даже структура продаж De Beers - компания выбирает клиентов, предоставляя им ряд возможностей для покупки своей продукции, известных как «сайты» - напомнила ему автодилеров, которые также часто являются семейными предприятиями и имеют прочные связи с производителем.

«У меня уже были ответы на многие вопросы – так что мне нужно было дополнить свои знания лишь процентов на двадцать. В любом случае, я был в окружении лучших в мире специалистов по алмазам», - говорит он.

В пору своей учебы Мелье хотел стать врачом, но его отец и дед, которые оба были инженерами, убедили его последовать их примеру. Он поступил в одно из французских высших учебных заведений, специализирующихся в области машиностроения, но быстро понял, что это не тот путь, по которому он хотел бы идти в своей карьере.

«Я видел, как многие предприятия закрываются, - говорит он. – И научился учиться, но быть инженером – это не совсем моя чашка чая». Данное выражение выдает в нем англофила почти настолько же, насколько это делают его запонки с изображением английского автомобиля марки «Mini»: пятое по счету назначение в своей карьере у Мелье связано с Лондоном, где родились две его дочери.

Что изменило Мелье, так это его пребывание в бизнес-школе Insead. Необычно то, что он учился там, не имея никакого карьерного опыта. «Я оставил свое учебное заведение, где учился на инженера, в июне, а в сентябре поступил в Insead в Фонтенбло», - вспоминает Мелье.

Там, говорит он, ему понравилось то, что спектр обучения был более широким и включал в себя новые области - бизнес, финансы, маркетинг, - а также то, что можно было соприкоснуться с другими культурами, работая со студентами со всего мира.

«Внезапно я обнаружил, что это то, чем я и хотел заниматься, - вспоминает он. – Там ты находился среди более зрелых людей, и разговоры велись о бизнесе, о финансах, о маркетинге… Была возможность поговорить и поработать с людьми, которые знают, о чем идет речь».

«Работая в команде, учишься очень быстро, и это совсем не те знания, которые ты получаешь во французском высшем учебном заведении. Кроме того, ты находишься в очень мультикультурной среде, - рассказывает он. - Я обнаружил, что из себя представляет деловая жизнь, а заодно и узнал, что из себя представляет весь мир. В 1980 году получить возможность работать в мультикультурной среде было для меня действительно новым - безусловно очень новым. Я получил огромный багаж знаний - когда оттуда выходишь, жизнь выглядит совсем по-другому».

Так что же человек из класса Insead образца 1980 года ищет в сегодняшних молодых руководителях? Главное, говорит Мелье, «нанимать людей, которые собираются принести что-то сверх своего технического опыта. И я не из тех, кто пытается нанимать во всем одинаковых людей. Мне не нужны соглашатели».

Для тех, кто покидал Insead в 1980 году, говорит Мелье, «золотой путь» открывался в консалтинг. Мелье разрывался – в это же время компания Ford искала для себя автофанатика. На каком-то этапе он решил принять предложение работать в сфере консалтинга - и пошел, чтобы сказать автопроизводителю, что отказывается от его предложения. Однако, вспоминает Мелье, старший менеджер компании Ford прямо заявил ему, что он идиот.

«Я запомнил это на всю жизнь, - вспоминает Мелье. - Он сказал: «Как вы себе это представляете - давать советы в качестве консультанта, когда вы никогда раньше не работали? Это смешно. Приходите и научитесь, и после этого вы можете стать консультантом, если захотите». Я думал об этом в течение нескольких дней и решил, что он, может быть, и прав. Так что я начал в качестве руководителя низшего звена в автомобильном мире».

Работа в компании Ford оставила у Мелье глубокий след, и он очень высоко отзывается о таких руководителях, как Джек Нассер (Jac Nasser), бывший главный исполнительный директор группы Ford. «Мне выпал замечательный период трудовой жизни рядом с ними, - говорит он с любовью. – Ford – это такая хорошая школа. Это был для меня период настоящего образования в роли руководителя. Голубая кровь не исчезает».

Внедряя инновации с первых шагов своей карьеры, что, в частности, вылилось в компьютеризацию учета продаж в компании Ford, Мелье говорит, что он понял, что «можно добиваться изменений, даже не будучи боссом». Позднее он работал в разных местах - от Мексики до Новой Зеландии.

Мелье, наконец, расстался с компанией Ford, когда по семейным причинам отказался переехать в Детройт. Его карьера оказалась связана теперь с еще более тяжелыми транспортными средствами – сначала с грузовиками Renault и Volvo, а затем с поездами французской промышленной группы Alstom. В офисе Мелье стоит дорогой для него сувенир - модель построенного компанией Alstom высокоскоростного поезда, который в 2007 промчался по Франции, установив мировой рекорд скорости почти в 575 км в час. «Это было невероятно, как ракета», - вспоминает Мелье, который находился тогда на его борту.

После восьми лет в компании Alstom, все, что он знал о своем следующем шаге, заключалось в том, что он хотел поехать либо в Лондон, либо в Нью-Йорк. И он принял приглашение от охотника за головами, назначенного семьей Оппенгеймер, тогда владевшей компанией De Beers.

De Beers в 2011 году восстанавливалась после глобального финансового кризиса, когда спрос резко упал, но ей приходилось бороться с более долговечными неопределенностями, вызванными завершением ее доминирующего положения в мировых поставках алмазов после регламентирующих мер против компании. Затем, вскоре после назначения Мелье, De Beers перешла во владение корпорации Anglo American. С 2013 года Мелье стал подчиняться новому боссу Anglo в лице Марка Кутифани (Mark Cutifani).

Сегодня в зону ответственности Мелье входит разведка алмазов; налаживание наиболее эффективной работы рудников от Канады до Ботсваны; поддержание отношений с клиентами и развитие розничного проекта De Beers, а также потребительского бренда Forevermark. «Это то, что делает данную работу очень интересной. Вы проходите весь путь, начиная от чрезвычайно технических вопросов – где речь, например, идет об эффективность работы ковшового экскаватора и тому подобных вещей - до рынка и до того, что продается и не продается. Без дела вы не будете сидеть ни одной секунды», - говорит Мелье.

В тех частях бизнеса De Beers, которые Мелье именует как «апстрим» (верхняя часть алмазопровода) и «даунстрим» (его нижняя часть), компания, как он считает, занимает прочные позиции - хотя он хотел бы, чтобы геологам De Beers удалось найти новый большой алмазный рудник.

Средняя часть бизнеса - где De Beers продает свою продукцию крупным ювелирным компаниям, а также огранщикам алмазов и трейдерам – «еще слишком фрагментирована» и нуждается в консолидации, рассуждает он. «Трейдинговому бизнесу все еще нужно развиваться. И это будет длительный процесс».

Мелье считает, что у него есть время. «Когда меня наняли на эту работу, мне было сказано: «У Вас десять лет на то, чтобы подготовить De Beers к следующему столетию». Это и был мой контракт, - вспоминает он. – Почти полпути я прошел».