В 2021 году АЛРОСА добыла 32,4 млн каратов алмазного сырья

Компания АЛРОСА сообщила в пятницу, что в четвертом квартале 2021 года добыча алмазного сырья достигла 9,1 млн каратов, увеличившись на 29% по сравнению с четвертым кварталом 2020 года. Объем добычи алмазов за весь 2021 год у компании составил 32,4...

21 января 2022

SODIAM выбирает специализированных поставщиков услуг для алмазной биржи Анголы

Ангольская национальная алмазная торговая компания SODIAM отобрала фирмы, которые будут заниматься очисткой алмазов и проводить тендеры на планируемой к скорому созданию Алмазной бирже Анголы (Angola Diamond Exchange). Страна открыла процесс...

21 января 2022

В декабре 2021 года экспорт бриллиантов из Индии вырос на 2,85%; импорт алмазов также вырос на 19,31%

В декабре 2021 года экспорт бриллиантов из Индии в размере 1 770,61 млн долларов США зафиксировал рост на 2,85% по сравнению с 1 721,61 млн долларов в декабре 2020 года. Импорт необработанных алмазов в декабре 2021 года составил 2 098,49 млн долларов...

21 января 2022

GJEPC направил рекомендации на рассмотрение в ходе принятия союзного бюджета Индии на 2022-2023 годы

Совет по содействию экспорту драгоценных камней и ювелирных изделий (Gem and Jewellery Export Promotion Council, GJEPC) Индии предложил пакет мер по драгоценным камням и ювелирным изделиям в рамках рекомендаций для рассмотрения в ходе принятия...

21 января 2022

Сортировкой алмазов в АЛРОСА начали заниматься роботы

АЛРОСА использует роботов для сортировки алмазов по цвету, качеству и форме, сообщает 1sn.ru. Главное преимущество устройств в их многофункциональности и быстродействии. Один такой аппарат способен сортировать до шести алмазов в секунду.

21 января 2022

Давайте вернемся к волшебству – Стефан Фишлер

09 февраля 2015

stephane_fischler_xx.jpgС 1 по 3 февраля в Антверпене прошла шестая Антверпенская алмазная ярмарка (Antwerp Diamond Trade Fair, ADTF), открывшая свои двери для сотен покупателей, среди которых на этот раз были делегации не только с уже известных ведущих ювелирных рынков, но и с рынков, которые до недавнего времени оставались малоизвестными. В своем выступлении на открытии ярмарки президент Антверпенского всемирного алмазного центра (Antwerp World Diamond Centre, AWDC) Стефан Фишлер (Stephane Fischler) сказал, что она является важным звеном в ежегодных рекламных и маркетинговых кампаниях Антверпена. Приехав в эти же дни в Москву, чтобы проводить в последний путь экс-президента АЛРОСА Фёдора Андреева, Стефан Фишлер дал интервью агентству Rough&Polished, в котором, рассказывая о ходе алмазной ярмарки, затронул и целый ряд других тем, актуальных для мировой алмазной промышленности.

Теперь, когда шестую Антверпенскую алмазную ярмарку (Antwerp Diamond Trade Fair, ADTF) можно считать состоявшей, кажется, что комфорт ведения бизнеса из заполненных компьютерами офисов уступает дорогу доброй старой модели, поставленной на новую основу. Каковы причины такого «ренессанса»?

Ну, во-первых, я хотел бы прокомментировать слово «ренессанс» в вашем вопросе. Мы, возможно, менее «видимы» снаружи, но наша работа на протяжении многих лет, ясно показывает, что мы никогда не переставали быть очень деятельными. Мы просто следуем нашей стратегии непрерывного совершенствования с целью укрепить конкурентные преимущества Антверпена. Возвращаясь к Антверпенской алмазной ярмарке, я лично чувствую, что опираться исключительно на «бездушную» технику, конечно, недостаточно и, я бы сказал, не пристало для алмазного бизнеса. В конечном счете мы продаем бриллианты. Мы не продаем какие-то биржевые товары, у которых одинаковый размер, форма и так далее. Я считаю, что всякий раз, когда вы продаете бриллиант потребителю, за ним стоит история, которую следует поведать. Я считаю, что чрезмерное увлечение техникой отнимает Волшебство.
Волшебство уникальности бриллиантов. И я считаю, что бриллианты обладают единственным в своем роде свойством давать чувство "прикосновения и ощущения". Речь идет о людях, о том, что они держат в своих руках бриллиант, любуются им и чувствуют его. Конечно, техника позволяет передавать информационный «пакет», - но она никогда не будет передавать волшебство, свойственное бриллиантам. Так что в этом смысле я полагаю, что физическая встреча между покупателем, бриллиантом и продавцом в конечном счете является тем, что обеспечивает максимальную близость к бриллиантам. И это именно то, что предлагает Антверпенская алмазная ярмарка. Вот почему я считаю это мероприятие успешным.
Я хотел бы упомянуть о предстоящей ярмарке алмазного сырья, организованной биржей Antwerp Diamond Kring, единственной алмазной биржей в мире, занимающейся исключительно необработанными алмазами. Это мероприятие является для всего мира "первенцем", опять же появившимся в Антверпене при поддержке AWDC. В этом месяце состоится вторая такая ярмарка. Первая прошла с огромным успехом.

Антверпен был инициатором этой торговой модели, которая в настоящее время, кажется, воспроизводится другими мировыми алмазными центрами на свой манер. Как Вы думаете, это может лишить ваше предприятие его притягательности?

Говорят, что имитация - это форма самой искренней лести. Да, действительно, Антверпен был новатором, как и во многих других аспектах в нашей промышленности. Опять же, я хочу отдать должное биржам за то, что они на собственной основе запустили этот ярмарочный процесс, который, должен сказать, был очень нужен. Но они приняли вызов, и они делают это, что заслуживает похвалы. Мы в AWDC поддерживаем их на все сто процентов и будем продолжать оказывать свою поддержку в отношении любой другой инициативы по повышению добавленной стоимости. Я рад видеть, что к этому присоединились и другие центры. Я вижу это в Израиле, я вижу это в Нью-Йорке, я вижу это в других местах. Главное требование - повысить отдачу от бизнеса, а также отдачу для его участников.
С другой стороны, я вижу много пресс-релизов, распространяемых по всему миру каждую неделю. Хочется надеяться, что сумма добавленной стоимости, по крайней мере, будет равняться хотя бы какой-то доле от числа пресс-релизов, которые мы видим мелькающими вокруг.
Я думаю, что нужно уделять больше внимания обеспечению хорошего обслуживания и стоимостной ценности для участников отрасли, нежели тратить время и деньги на распространение стольких пресс-релизов.

Мы знаем, что сегодня Вы должны были дать пресс-конференцию в Антверпене, чтобы объявить торговые данные, отражающие результаты работы алмазного сектора Антверпена, но вместо этого приехали в Москву для участия в похоронах Фёдора Андреева, экс-президента АЛРОСА. Не могли бы Вы сказать сейчас, был ли 2014 год лучше или хуже по сравнению с 2013 годом и в каком отношении?

Да это правда. Я приехал в Москву, чтобы отдать дань уважение Фёдору Андрееву, его семье и коллективу АЛРОСА.

Возвращаясь к вашему вопросу о торговых показателях за 2014 год. Этот год был двояким. 58,8 миллиарда долларов США - это рекорд. Это самый высокий показатель, который когда-либо был достигнут в Антверпене, что в некотором смысле является свидетельством прочности Антверпена с точки зрения его способности продолжать привлекать новый бизнес и поддерживать экономический рост. С другой стороны, результат 2014 года для подавляющего большинства компаний был очень проблемным, для некоторых даже отрицательным. Я имею в виду, что если посмотреть на производителей бриллиантов и оптовых торговцев, особенно тех, что работают с бриллиантами, то год был просто разочаровывающим, но я также считаю это верным – конечно, во втором полугодии - и для тех, кто работает с сырьем. Итак, при растущих объемах снижение рентабельности, если не отрицательные результаты. Это вызывает беспокойство, и я полагаю, что что-то должно быть сделано. Но это требует коллективного осмысления и решения, включая все заинтересованные стороны. Я немного обеспокоен тем, что нет никакого согласованного движения, чтобы действительно сесть вместе и рассмотреть все те вопросы, которые влияют на рентабельность. Мы знаем, что главным вопросом является, конечно, расхождение между ценой на сырье и ценой на бриллианты. Есть много вопросов, влияющих на эту ситуацию, но я считаю, что диалог должен быть запущен. Я понимаю, что некоторые производители сырья могут быть не очень заинтересованы в этом диалоге, но я считаю, что они извлекут пользу из того, что промышленность начнет бросать вызов нынешней динамике последних нескольких лет. Опять же, я надеюсь на согласованные действия. Я думаю, что это является насущной потребностью. Одним из аспектов, конечно, является естественный процесс, и здесь речь идет о разном подходе к повышению эффективности, создающей более высокую прибыль для одних и увеличивая их долю на рынке. Я считаю, что если это результат более высокой эффективности, лучшего маркетинга, лучших продаж, лучшего общего управления, то это нормально. Но если это результат негативного поведения со стороны некоторых участников отрасли, то у нас это вызывает серьезную озабоченность.

Что Вы имеете в виду под негативным поведением?

Я имею в виду то, что мы наблюдаем уже в течение некоторого времени – например, это вопрос о злоупотреблении классификационными стандартами. Мы читали и слышали о преступном внедрении синтетических бриллиантов в алмазопровод. Мы видим, что банки все более и более обеспокоены и принимают энергичные меры для обнаружения так называемых «кольцевых сделок». Все это способствует созданию и поддержанию «дутых» показателей прибыли для некоторых в отрасли и искажает суть конкуренции. Если это то, что способствует продолжению спекуляции, то это очень серьезный вызов, и промышленность должна взять на себя инициативу для ее решения. Я полагаю, что некоторые люди в нашей отрасли нервничают или боятся противостоять различным подобным проблемам, в том числе некоторые, занимающие выборные должности. Позвольте мне здесь публично заявить: пусть те, кто боится противостоять этим проблемам, отойдут в сторону и позволят возглавить процесс тем, кто действительно стремится найти решения и восстановить честную игру в данном бизнесе.

Есть, кажется, еще одна проблема, которой является очевидное расхождение во мнениях между добывающими компаниями и производителями бриллиантов. Недавно приводились высказывания Филиппа Мелье (Philippe Mellier), De Beers, который заявил, что на алмазах, продаваемых De Beers, можно сделать деньги, но это дело сайтхолдеров организовать работу и предпринять все, что позволяет сделать деньги. С другой стороны, Максим Шкадов, IDMA, сказал, что система сбыта, когда клиента склоняют покупать товар по цене, заведомо не способной принести прибыль, порочна. Что Вы думаете об этой ситуации?

Да, говоря о [высказываниях] г-на Мелье, если исходить из того, что было сообщено в интервью Роба Бейтса (Rob Bates), я думаю, что было совершенно неуместным и чрезвычайно неуважительным то, как он подошел к этому вопросу. Можно говорить о своей бизнес-модели и возможностях, но нужно уважать своих клиентов и особенно тех, кто превращает сырье в бриллианты. Я думаю, что г-н Мелье должен понимать, что, если сырой алмаз не превратить в бриллиант, он останется куском угля, как сказал бы Генри Киссинджер. И не было бы истории успеха Ботсваны, а также выгод, полученных столь многими другими африканскими производителями сырья, если бы не люди, которые гранят и шлифуют алмазы, превращая их в бриллианты.

Другой вопрос в том, что у алмазной промышленности, скажем, примерно 15-20 лет назад, была система сайтов, но с подлинным диалогом между производителями сырья, производителями бриллиантов и торговцами.
Давайте не будем себя обманывать, каждый заботится прежде всего о своих собственных интересах, и это вполне нормально. Но при этом все должны понимать, что наши интересы взаимосвязаны. Отсутствие прибыльности в отрасли за последние несколько лет оказывает очень сильное влияние на способность банкиров финансировать промышленность. Я бы поставил под вопрос жизнеспособность системы продаж алмазного сырья без долгосрочной приверженности банков, основывающейся на прибыльных производителях бриллиантов.

Пора возобновить диалог с отраслью, и, поскольку Ваш вопрос касается компании De Beers, необходимо взглянуть на то, что лучше всего для ее акционеров вообще, их партнеров в Ботсване и для алмазодобывающей отрасли в целом с точки зрения устойчивости цен на сырье. Я хорошо сознаю те очень высокие финансовые потребности, которые необходимы для инвестиции в первоклассную горную добычу - мы говорим об огромных суммах. С другой стороны, чтобы добиться обеспечения необходимой рентабельности, дабы сделать эти инвестиции устойчивыми, она должна оставаться такой по всей цепочке создания стоимости.

Как Вы думаете, эти инвестиции должны также идти на видовой маркетинг или они должны использоваться для собственных брендов добывающих компаний, как это, например, делается в De Beers в целях продвижения Forevermark?

Ну, как и у любой компании, у De Beers на уме свои интересы. Там должны сознавать, соответствует ли их лучшим интересам упор исключительно на собственный бренд, имея в виду Forevermark, De Beers Diamond Jewelers и так далее. Если они считают, что это путь, по которому будет развиваться алмазный бизнес – делать все в одиночку, то я с этим не соглашусь. В том смысле, что, как я считаю, бриллианты, хотя и являясь отчасти обычным товаром (я согласен), в основном представляют собой продукт роскоши, который необходимо продвигать на рынке на постоянной основе. Маркетинг брендов может играть важную, но ограниченную роль.
Была попытка создать своего рода всеотраслевой фонд для видового маркетинга бриллиантов. Может быть, эту попытку следует повторить. Я чувствую, что вся промышленность знает, что не хватает видового маркетинга рядом с маркетингом брендов. Даже не смотря на попытки запустить инвестиционные продукты, основанные на бриллиантах, последние, являясь предметом роскоши, остаются всецело эмоциональным товаром, который должен быть защищен от ассоциаций с отрицательным поведением и действиями. Некоторые маркетинговые кампании частично делают акцент на этом «негативе», чтобы показать, что рекламируемая в их рамках продукция не имеет к этому отношения. Делается попытка, причисляя себя к так называемой «бесконфликтной» категории, молча дать понять, что все остальные немного запятнаны. Это недопустимо, потому что мы все знаем, что алмазная промышленность, упорно работая в рамках Кимберлийского процесса, сумела снизить воздействие алмазов на конфликты до очень и очень небольшого процента. Мы никогда не должны почивать на лаврах, но вместе с тем должны гордиться нашими коллективными достижениями. Итак, еще раз, постоянное продвижение на рынке посредством дифференциации брендированных бриллиантов как бесконфликтных, экологически безопасных и так далее, я думаю, идет вразрез с наилучшими коллективными интересами отрасли. De Beers вольна продвигать свой собственный бренд бриллиантов как она хочет, но я все-таки думаю, что в ее же собственных интересах в качестве ведущего производителя принять этот вызов вместе со всей отраслью.

Теперь, когда АЛРОСА увеличивает свои поставки алмазного сырья в Индию, окажет ли это какое-либо влияние на алмазный рынок Антверпена?

Мы должны точно понимать, что означает "увеличение поставок", и я, конечно, поздравляю своих индийских коллег в связи с предпринятыми ими усилиями; это реальное, хотя и незначительное увеличение. Мы по-прежнему, как хорошо известно, получаем основную часть продукции АЛРОСА по очень объективным и твердым основаниям, и я не вижу причин, почему это могло бы измениться в будущем. Антверпен превратил себя в высокопрофессиональную инфраструктуру, сочетая прозрачность, добротную конкуренцию и эффективность, которым, я считаю, пока нет равных в мире. Мы располагаем доверием банкиров. Хотя, признаюсь, такое доверие несколько пошатнулось в связи со свертыванием деятельности Антверпенского алмазного банка (Antwerp Diamond Bank, ADB), что не связано с состоянием отрасли. Это остается большой проблемой для нас, и мы заняты ее решением. С другой стороны, мы видим, что банкиры идут в Антверпен, а некоторые начинают входить в бизнес. Они, кажется, довольно обнадежены тем, что слышат и видят. Я могу засвидетельствовать, что действующие банки в Антверпене также полностью поддерживают наши усилия, и мы благодарны им за это. Но это может происходить, только если мы сохраним этот курс с упором на прозрачность и строгое применение мер дисциплинарного воздействия со стороны бирж. Это также является условием для непрерывного стимулирования производителей сырья привозить свою продукцию в Антверпен в таких объемах, какие мы видим сегодня.

На Ваш взгляд, есть ли какие-то новые возможности для АЛРОСА расширить связи с бельгийскими алмазными компаниями?

Я так думаю, определенно есть. Я думаю, что в Антверпене есть отличные алмазные компании, сильные в финансовом отношении и высокопрофессиональные в том, чем они занимаются. Антверпен недавно открыл Клуб молодых диамантеров (Young Diamantaires Club), который является биржевой инициативой, конкретно нацеленной на новое поколение диамантеров, и, независимо от того, есть ли у них крепкие семейные связи или нет, это будущее Антверпена. Это вызов, который должен быть принят, как, например, это сделано в Индии; новое и талантливое поколение вступает в дело. Я думаю, что, как мы понимаем это в Антверпене, мы несколько упустили данный вопрос из виду, что было ошибкой, и в настоящее время этим вопросом энергично занимаются. Собрав их вместе, мы сейчас понимаем, каким активом располагает Антверпен. Конечно, AWDC окажет полное содействие биржам с тем, чтобы выполнить эту задачу, поддерживая и воспитывая это новое поколение.

Сколько человек у вас в этом клубе?

Я полагаю, что около пятидесяти молодых диамантеров, что является хорошим началом.

Как Вы думаете, если на фоне ослабления курса рубля стоимость рабочей силы в России станет для ориентированных на экспорт производителей бриллиантов дешевле, это поможет им увеличить свою маржу?

Конечно, это является одним из факторов. Неблагополучным и, надеюсь, недолгим, но это так. Будучи хорошо осведомлен о ситуации, я считаю, что при осуществлении адекватных постоянно действующих инвестиционных программ российская ограночная промышленность может быть очень конкурентоспособной. Но, насколько я знаю, законы рынка являются действительными для российских огранщиков в такой же степени, как и для любого другого центра производства бриллиантов. Это очень конкурентная среда. Так что способность получать прибыль является основой для выживания. Правило очень простое. Если стоимость рабочей силы не превышает стоимость сырья больше, чем на 10%, то при правильном сочетании инфраструктуры и профессионального мастерства, вы конкурентоспособны.

И при наименьшем размере камней в два грейнера?

Да, нижний уровень составляют лучшие камни серии sawables весом 2-3 грейнера, которые, я полагаю, дают возможность российским производителям бриллиантов конкурировать с китайской промышленностью в этом диапазоне продукции хорошего качества и выше. Что касается более дорогих камней стоимостью примерно около 800 долларов за карат и больше, то при указанных выше условиях Россия является конкурентоспособной в отношении ее индийских коллег.
Вместе с тем важное значение имеет необходимость постоянного совершенствования программ и обеспечение своевременных инвестиций в оборудование и программные средства. Но я считаю, что профессиональное мастерство здесь имеется.
Все это, конечно, зависит от высококонкурентного рынка алмазного сырья и образующихся в результате цен на бриллианты. Так что эффективность является теперь основой основ, которую все должны обеспечить, чтобы выжить.

Я думаю, что в более широком плане главная проблема состоит в том, что отрасль обеспечивает свою доходность в большей степени за счет контроля над уровнем затрат и управления финансами, нежели за счет добавленной стоимости. Правда, это легче сказать, чем сделать. Мы застряли между прайс-листами и классификационными сертификатами, двумя независимыми параметрами, которые диктуют цену и качество наших бриллиантов. Мы должны - и это очень важно – разбить этот «стеклянный потолок» над ценами, по словам Чарльза Уиндэма (Charles Wyndham). В противном случае отрасли будет чрезвычайно трудно быть устойчивой.
Что касается самой сертификации - может быть, я говорю это впервые, - то я считаю, что мы зашли слишком далеко в описании бриллиантов. Я думаю, что мы утратили "осязание" бриллиантов. В эти дни мы больше продаем "бумагу", чем "мечту".
Мы должны измениться, вернуться к бриллиантам и отложить бумаги в сторону просто как «документацию». Информация необходима, но слишком много информации сбивает с толку, а иногда и дает возможность для злоупотреблений.
Так что в некотором смысле я призываю промышленность вернуться к бриллиантам и отложить все эти описания и бумаги в сторону. "Давайте вернемся к волшебству" - это мой девиз.
Мы должны изменить наше отношение. Я думаю, что это важно.

Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы сказать несколько слов о Фёдоре Андрееве.
Он был человеком, достойным уважения, теплым и обаятельным. Я думаю, что у него было замечательно ясное представление о будущем. Он был очень сосредоточен на компании, сохраняя при этом свое видение на перспективу. Укрепив лидирующую позицию АЛРОСА, он с уверенностью открыл все производственные процессы для внешних инвесторов и таким образом провел очень успешное первичное размещение акций компании, IPO. Я считаю, и это мое личное мнение, что IPO проводилось не только ради привлечения денег в компанию, но, кроме того, и ради открытия самой компании для контроля со стороны внешних инвесторов и для того, чтобы показать любому, насколько сильна и хорошо управляема компания, какие замечательные люди в ней работают. Он был очень увлечен этим, двигая компанию вперед, выходя за пределы России и заставляя людей уважать ее за то, что она является лидером в своей области. Хотя мой русский, к сожалению, далек от того, чем он должен был бы быть, я почувствовал по многим выступлениям, услышанным сегодня утром [на похоронах], в том числе по выступлениям людей, которые просто вышли вперед, чтобы сказать несколько слов, то очень высокое уважение и переживание, которое в них звучало. Более того, это чувствовалось по выражениям силы и веры в будущее, что стало возможным благодаря ему и буквально каждому человеку, работающему в АЛРОСА.

Недавно AWDC провел семинар в Давосе с участием международных финансовых институтов, посвященный проблемам кредитования, с которыми сталкиваются игроки отрасли, не соблюдающие новые банковские правила в изменившихся условиях финансирования алмазной промышленности. Что было целью данного семинара и какова нынешняя ситуация с кредитованием в алмазной промышленности Бельгии?

Целью семинара было прежде всего информировать банковское сообщество о том, чем является алмазный бизнес, сообщить им понимание динамики нашей отрасли, финансовых потоков, производственных процессов и так далее. AWDC ставит своей задачей расширить банковский ландшафт и привлечь больше банкиров в отрасль. Единственный способ привлечь банкиров - это поделиться с ними информацией, пригласить их приехать в Антверпен, чтобы посетить предприятия отрасли и таким образом начать процесс познания. Мы чувствуем, и я уверен, что это ощущение разделяют все мои коллеги, что лишь немногие банки понимают отрасль, потому что они смотрят на бриллианты как на товар, но без доступа к независимым, надежным и достоверным данным. Это огромная проблема. И это то, что также видел и признавал Фёдор Андреев. Эти объективные данные имеют решающее значение для любой финансовой организации в этом секторе. Тот, кто хочет одалживать деньги, хотел бы знать бизнес своих потенциальных клиентов, его показатели и иметь доступ к независимым и поддающимся проверке данным, чтобы оценить возможности и риски. Без этого, я боюсь, имеющее отношение к бриллиантам банковское дело будет все меньше и меньше связано с возможностями и все больше с рисками со всеми вытекающими последствиями. Мы должны изменить это восприятие. В нашем бизнесе есть очень хорошие возможности. Есть много прекрасных компаний, и это не только огромные транснациональные корпорации.
Если посмотреть на показатели риска в нашей отрасли, то крупные транснациональные компании подвержены рискам не меньше, чем малые и средние предприятия. Банкиры не должны сосредоточивать свое внимание лишь на первых 50 или 100 компаниях в верхней части списка в отрасли.
Это и была одна из наших целей в Давосе - запустить процесс коммуникации с банковским миром. И Давос, разумеется, предоставляет уникальную возможность встретиться с нужными людьми в одном месте.

В конце января AWDC принимал Бернардо Кампоса (Bernardo Campos), председателя Кимберлийского процесса (КП). Не могли бы Вы поподробнее рассказать о его миссии в Антверпене?

Да, это был, я полагаю, первый зарубежный визит г-на Кампоса в качестве избранного председателя Кимберлийского процесса. Он прибыл в Антверпен по двум причинам. Во-первых, развить то, что обсуждалось нами во время наших многочисленных посещений Луанды в 2014 году, где мы делились своими взглядами на КП и председательство Анголы. Во-вторых, конечно, с целью посетить секретариат Механизма административной поддержки КП (KP Administrative Support Mechanism) со штаб-квартирой в Антверпене. Г-на Кампоса сопровождали г-н Пауло Мвика (Paulo M'vika) и два других должностных лица, ответственных за председательство КП. Мы провели ряд весьма плодотворных обсуждений и были впечатлены представленной широкомасштабной и амбициозной повесткой дня, которая среди прочего включает такие вопросы, как отмывание денег и права человека, о чем - давайте будем честными - не всегда решаются говорить открыто. Ангола принимает этот вызов, сознавая, что эти вопросы необходимо решать, и выразила свою твердую готовность выложить их на стол. Я думаю, что это можно только приветствовать и поддерживать.

Каков Ваш прогноз для алмазного рынка в 2015 году?

Я думаю, общее мнение состоит в том, что потребуется время, чтобы нынешние товарные запасы бриллиантов пришли в равновесие.
К сожалению, объемы, которые должны были быть проданы отраслью на потребительских рынках, не были реализованы. Полагаю, что возник своего рода чрезмерный оптимизм и как следствие перепроизводство бриллиантов в Индии без должного внимания к фактическому спросу. Индия, конечно, является во многом основным центром производства, и, следовательно, ее продукция оказывает дисбалансирующее воздействие на предложение. Именно этот излишек продукции влияет сейчас на движение денежных потоков и цен на бриллианты. В связи с недавним снижением производства бриллиантов в Индии - если моя информация верна, мы говорим о снижении на 20-30 процентов - потребуется несколько месяцев для того, чтобы было восстановлено необходимое сопряжение между спросом и предложением. Я считаю, что в течение большей части 2015 года мы увидим медленное изменение баланса, надеюсь, вместе с улучшением цен на бриллианты благодаря сочетанию снижения производства и появления здорового спроса. Да, американский рынок показал хорошие результаты, как и Китай с Индией, хотя и ниже ожиданий. Боюсь, что отрасль привыкла к тому, что Китай всех опережает, а мы вернулись сейчас к просто "хорошим" моделям роста. Китай - сильный рынок, но мы должны перестать мечтать, что Китай каждый год может расти на 15-20 процентов. Рост на 6-7 процентов - это очень здоровый рост.
Как производители сырья, так и производители бриллиантов должны взглянуть в глаза реальности, внимательно следить за тем, как функционирует рынок, и адаптировать свои планы с учетом розничного спроса, а не полагаться на спекулятивную динамику. Думается, будет хорошо, если в августе или сентябре, когда мы вернемся из отпусков, равновесие будет восстановлено.
Уменьшение производства будет постепенно вызывать дефицит в некоторых товарных категориях. Первые признаки уже налицо.

Как Вы думаете, накопленные товарные запасы бриллиантов могут повлиять на предложение алмазного сырья?

Предложение алмазного сырья от нас не зависит, это зависит от производителей ... и банкиров. Производители могут сделать три вещи. Они могут ограничить свое предложение, они могут изменить ассортимент своей продукции, и они могут снизить свои цены. Я думаю, что это должно быть сочетанием этих трех вещей. Если они используют свои средства разумно, с осторожностью опираясь на объективные данные рынка, мы достигнем цели, но, очевидно, только в увязке с восстановлением доходности.

Я хотел бы заключить разговор посланием к коллективу АЛРОСА и к российской алмазной отрасли в целом. Благодаря своему упорному труду и высокому профессионализму вы поднялись на вершину нашей отрасли. У Фёдора Андреева было две страсти в жизни, о которых я знал: семья и вы. Уходя в таком возрасте, очень немногие могут утверждать, что они внесли такой большой и существенный вклад в жизнь своей страны, своей компании. Фёдор Андреев это сделал, и по этой причине его следует помнить.

Это все мои вопросы, большое спасибо.

Владимир Малахов, Rough&Polished, Москва