Gem Auctions DMCC завершила крупнейшую дебютную продажу алмазов в истории отрасли

Компания Gem Auctions DMCC, основанная работающим в горнодобывающей отрасли предпринимателем Аланом Дэвисом (Alan Davies), на этой неделе провела свой первый в истории аукцион алмазов в Дубае. Компания продала 120 000 каратов алмазов на сумму...

Вчера

Полномасштабные работы по добыче полезных ископаемых на проекте Луаше «ожидаются в ближайшее время» - Alrosa Angola

По словам АЛРОСА, полномасштабные работы по добыче алмазов на алмазном проекте Луаше в провинции Южная Лунда «ожидаются в ближайшее время». Генеральный директор компании в Анголе Александр Горлов сообщил на алмазной конференции в Сауримо, что компания...

Вчера

Lucara Diamond пересматривает прогноз выручки, продаж и производства на 2022 год в сторону увеличения

Компания Lucara Diamond, владеющая рудником Карове (Karowe) в Ботсване, изменила прогноз по выручке от продажи алмазов на полный 2022 год со 185 млн долларов США до 215 млн долларов США.

Вчера

Rio Tinto начинает работать с общественностью и экологами по вопросу о совместном алмазном предприятия на концессии Чири в Анголе

По словам высокопоставленного представителя Rio Tinto, подразделение компании Rio Tinto Angola приступило к работе с общественностью и экологами по вопросу об алмазной концессии Чири (Chiri) в провинции Северная Лунда. Диверсифицированная горнодобывающая...

Вчера

Ангола все еще работает над созданием алмазной биржи

Ангола все еще работает над созданием алмазной биржи, которая станет второй на африканском континенте, сказал высокопоставленный правительственный чиновник.

25 ноября 2021

Валентин Афанасьев: «Нужно учитывать, что поисковые обстановки становятся все сложнее и все труднее найти алмазные месторождения»

25 июля 2011

На вопросы корреспондента Rough&Polished отвечает главный научный сотрудник института геологии и минералогии Сибирского отделения РАН (ИГМ СО РАН) доктор геолого-минералогических наук В. П. Афанасьев.

Валентин Петрович, Вы являетесь ответственным исполнителем программы «Локализация невыявленных месторождений алмазов на Сибирской платформе» федерального агентства Роснедра. Название проекта говорит само за себя. Расскажите о целях и задачах проекта подробнее. Например, будут обследоваться новые или ранее опоискованные территории?

Практически вся доступная для поисков территория Сибирской платформы – от Енисея до Лены и от побережья моря Лаптевых до Восточного Саяна в разные годы начиная с конца 40-х годов прошлого века в той или иной мере опоискована на алмазы. Но поскольку первые промышленные месторождения алмазов были найдены в западной Якутии, основное внимание было уделено поискам на этой территории. В результате многие территории, в особенности в Красноярском крае и Иркутской области оказались практически не изученными, на многих поиски были проведены в 50-60-е годы прошлого века и требуют повторения на современном уровне, и даже более поздние поисковые работы, не приведшие к открытию коренных месторождений, но показавшие наличие позитивных поисковых признаков в форме индикаторных минералов кимберлитов и алмазов, требуют доизучения. И таких площадей на территории Сибирской платформы много, причем во многих случаях это «открытые» территории, т.е. те, на которых кимберлитовые тела находятся на поверхности или прикрыты чехлом маломощных молодых отложений. Хотя условия поисков на таких площадях считаются простыми и по сложившейся традиции их относят к хорошо опоискованным, мы не разделяем такую точку зрения. Примером тому служат наши находки в бассейне реки Тюнг, позволившие кардинально переоценить в сторону повышения перспективы алмазоносности большой территории Муно-Мархинского междуречья. Там еще в 50-е годы прошлого века работала стационарная партия, имевшая обогатительную фабрику, но найдено было только 110 алмазов и небольшое количество индикаторных минералов главным образом на одном участке. Последующие несколько этапов поисковых работ в бассейне верховьев Тюнга показали незначительное количество индикаторных минералов, не дававших оснований для оптимизма, поэтому в 1992 году на основании обобщения фондовых материалов территория была отнесена к категории бесперспективных. В 1993 году благодаря инициативе Н. Н. Зинчука была создана междуведомственная лаборатория, в которую входили как соисполнители сотрудники нашего института, работавшие по программам АК «АЛРОСА». Для проведения полевых работ мы предложили верховья реки Тюнг, предполагая решить даже на скудном материале вопрос – не принадлежат ли индикаторы и алмазы бассейна реки Тюнг расположенному на расстоянии 80-100 км к северо-востоку Верхнемунскому полю. Совершенно неожиданно для нас, располагая только лотками, мы нашли в нескольких точках высокие концентрации индикаторных минералов и вымыли 16 алмазов. На следующий год была обнаружена карстовая депрессия буквально набитая индикаторами и алмазами. Только лотками на протяжении недели отряд вымыл 71 алмаз. Слова «карст» и «аэромагнитная аномалия, связанная с карстом», стали ключевыми, на основе которых удалось сделать находки алмазов и индикаторов систематическими. В настоящее время уже нет проблем с получением минералогических материалов, и совместными усилиями наших сотрудников и геологов АК «АЛРОСА» в результате легких полевых работ получены сотни алмазов и огромное количество индикаторных минералов, что и позволило резко повысить перспективы алмазоносности территории. Вырисовались специфические сложности поисковой обстановки данной территории, не позволяющие пока локализовать местоположение коренных источников, но эта задача совместными усилиями, мы надеемся, может быть решена.  

Находки были сделаны на ранее опоискованных территориях. О чем это говорит? Вы использовали какие-то уникальные методики?

Мы с Николаем Петровичем Похиленко гордимся тем, что нашими учителями были выдающиеся геологи АК «АЛРОСА» Юрий Петрович Белик, Валентин Филиппович Кривонос, со многими другими геологами мы вместе работали в поле, поэтому наша методика опробования имеет корни в «амакинской» школе. Ничего уникального в ней нет. Но сезон 1993 года нас самих заставил задуматься, в чем причина столь разных результатов производственных работ и наших. Причина эта не лежит на поверхности и имеет ряд составляющих. Прежде всего, на сплаве или в пеших маршрутах мы не связаны производственными планами, интервалом и объемами опробования. Мы подбираем оптимальные места для взятия проб путем тестирования небольшими объемами и промываем пробу до получения количества минералов, необходимого и достаточного для решения прогнозных задач. Производственники же обременены нормативами и планами, невыполнение которых чревато последствиями. Эти планы и нормативы, теоретически ориентированные на качественное опоискование, на практике часто приводят к пропускам оптимальных точек опробования и дискредитации территории. Возможно, это имело место в бассейне Тюнга. Кроме того, все наши сотрудники хорошо знают индикаторные минералы и уже на лотке могут в первом приближении оценить их состояние с прогнозной точки зрения, а в лабораторных условиях эти же сотрудники получают полную характеристику минералов. Институт имеет прекрасную аналитическую базу, соответствующую мировому уровню, а сотрудники владеют всеми необходимыми приемами решения прогнозных задач. Достаточно сказать, что именно в нашем институте академиком Н.В. Соболевым разработаны минералогические критерии алмазоносности, успешно применяемые во всем мире. Наконец, важным условием является огромный опыт работ во всем мире. Наши сотрудники работали в Канаде, Латинской Америке, по всей Африке, на Ближнем Востоке и Юго-Восточной Азии, в самых разных поисковых обстановках, в тундре, в пустынях, в горах, в джунглях. Н.П. Похиленко нашел одно из крупнейших месторождений алмазов в Канаде, мною найдено новое кимберлитовое поле в Гвинее. Это позволяет нам быстро адаптироваться к любой поисковой обстановке. Помогают также фундаментальные знания в алмазной геологии, вклад в которые мы вносим сами. Мы охотно делимся своими знаниями и возможностями с коллегами из АК «АЛРОСА». Но если раньше достаточно регулярно проводились семинары, школы с нашим участием, то сейчас эта работа со стороны компании заглохла. Мы же готовы в любой момент поделиться и знаниями, и аналитическими, методическими возможностями по минералогическим методам поисков, в свою очередь обогащаясь у геологов АК «АЛРОСА» по иным вопросам алмазной геологии.   

Институт геологии и минералогии СО РАН является единственным исполнителем данной программы или обращается за содействием к кому-либо еще?

По программе мы имеем шесть соисполнителей, из них четыре участвуют в полевых работах, два занимаются камеральными работами.

В СМИ уже прошла информация о находках, сделанных вашими отрядами. О чем свидетельствуют первые результаты?

Если коротко – подтвердились наши предположения о перспективности ряда площадей, на которых поиски проводились или давно, или в недостаточных объемах, получена необходимая информация для прогнозной оценки площадей. В новом сезоне продолжается работа на некоторых площадях, а также вовлекаются в опоискование новые участки. В целом работа идет по плану. Оправдывается наша ставка на перспективы «открытых» площадей, а также на новые территории Красноярского края и Иркутской области.

Как Вы можете оценить минерально-сырьевую базу Якутии на алмазы и, быть может, на другие уникальные ресурсы? Будут ли найдены новые месторождения алмазов, пригодных для промышленного освоения?

Анализ имеющейся информации по проблеме алмазоносности как Якутии, так и в целом Сибирской платформы, показывает высокую вероятность существования еще не найденных коренных месторождений алмазов. Наши исследования в рамках выполняемой программы подтверждают данное положение. До сих пор были найдены месторождения, которые, по образному выражению Г.Х.Файнштейна, «кричат» о себе. Сейчас приходится искать месторождения, которые говорят очень тихо, или вовсе отмалчиваются, хотя следы их видны. Соответственно приходится развивать поисковые технологии. Этим заняты и АК «АЛРОСА», и мы, и другие организации, так или иначе причастные к прогнозированию и поискам месторождений алмазов. Чем труднее задача, тем насущнее потребность в кооперировании усилий по ее решению. Раньше существовал междуведомственный Алмазный совет, в рамках которого обсуждались насущные проблемы алмазной отрасли, регулярно проводились Алмазные совещания. Учитывая все возрастающие трудности поисков, с которыми в одиночку не справиться ни одной организации, следует, на наш взгляд, возобновить деятельность данных площадок. Кроме того, чрезвычайно перспективной была бы отработка месторождения редких элементов Томтор на севере Якутии. Это крупнейшее месторождение, которое в условиях сегодняшнего дефицита на рынке некоторых редких элементов могло бы превратить Россию в крупнейшего экспортера. Вопрос его освоения весьма сложный и мог бы быть решен в рамках планов по освоению Арктики, о чем постоянно говорит директор института Н.П. Похиленко. 

Как, на Ваш взгляд должна выглядеть современная геологоразведочная служба?

Если речь идет о геологоразведочной службе АК «АЛРОСА», то могу высказать лишь наше общее мнение стороннего, но крайне заинтересованного наблюдателя: геологоразведка должна быть ориентирована на получение конечного результата в форме месторождения, соответственно главной фигурой должен быть главный геолог, а не главный бухгалтер и плановик. Отсюда целый ряд следствий, формирующих лицо современной геологоразведочной службы. Пока мы видим серьезные проблемы системного характера в геологоразведочном комплексе АК «АЛРОСА». Но чтобы преодолеть их, необходимо признать их наличие. Только после этого можно обсуждать пути их преодоления.

Можете оценить состояние отечественной и иностранной алмазной геологии? Можете ли сравнить и оценить сравнение геологических служб «АЛРОСА», De Beers, BHP и Rio Tinto?

Иностранные компании не ограничены национальными рамками, что позволяет им отдавать предпочтение площадям с относительно простой поисковой обстановкой. Хотя в последнее время количество таких площадей сокращается и компании по необходимости переходят на поиски в сложных поисковых условиях. АК «АЛРОСА» за последние десятилетия сделала ставку на поиски в сложных условиях, на поиски кимберлитов, перекрытых мощными толщами магматических и осадочных пород, и приобрела большой опыт ведения работ в этих обстановках. Но при этом она, на наш взгляд, недостаточно внимания уделяет «открытым» территориям. Зарубежные компании выполняют огромное количество высококачественных аналитических работ. АК «АЛРОСА» выполняет их значительно меньше, но уровень интеллектуальной обработки этих данных (в том числе с нашим участием) на наш взгляд выше. Вероятно, поэтому наши геологи так востребованы за границей и успешно работают в существующих там условиях организации геологоразведочного процесса. 

Раз мы заговорили об алмазной геологии в мировом масштабе, можете рассказать о перспективах обнаружения промышленных месторождений алмазов в других странах?

Не реализованы в полной мере перспективы алмазоносности Китая. Возможно открытие месторождений в Индии. Африка по-прежнему перспективна на разных площадях. Перспективен северо-восток Канады, начало исследованиям которого положил Н.П. Похиленко. Возможны открытия в Австралии. Фактически на всех древних платформах сохраняются перспективы открытия месторождений алмазов. Но нужно учитывать, что поисковые обстановки становятся все сложнее и все труднее найти эти месторождения.

В России есть еще одна алмазоносная провинция – Архангельская область. Каковы перспективы там? И с какими рисками сталкиваются или еще могут столкнуться алмазодобытчики?

Пока промышленная алмазоносность связана там с месторождением Ломоносова, представляющим собой группу кимберлитовых тел, и расположенной на удалении трубкой Гриба. Проблемы отработки этих месторождений в значительной мере связаны с сапонитом – специфическим минералом, превращающим воду в «кисель», что создает и технологические, и экологические проблемы. С геологической природой сапонита нам удалось разобраться (имеется соответствующая публикация), но технологи пока не сумели в полной мере преодолеть связанные с ним трудности.

Денис Фролов, Rough&Polished, Новосибирск