Ангола стремится увеличить объемы огранки алмазов

Ангола планирует увеличить свои мощности по огранке алмазов, сказал исполнительный секретарь Национальной комиссии Кимберлийского процесса (National Kimberley Process Commission) Эстанислау Буйо (Estanislau Buio).

30 июля 2021

De Beers увеличила объем производства в первом полугодии

По данным Anglo American, De Beers произвела 15,4 млн каратов алмазов в первой половине 2021 года, что на 37% больше по сравнению с соответствующим периодом 2020 года.

30 июля 2021

Шри-ланкийский торговец драгоценными камнями обнаружил самый большой в мире сапфир весом 2,5 млн каратов

Крупнейший в мире сапфировый блок стоимостью около 72 млн фунтов стерлингов весом 510 килограммов или 2,5 млн каратов был обнаружен во дворе дома торговца драгоценными камнями в Шри-Ланке. Он получил название «Счастливая находка».

30 июля 2021

Антверпен открывает собственный учебный центр по огранке алмазов

Алмазная компания HB Antwerp в скором времени откроет в Антверпене   собственный центр обучения экспертов по  алмазам и ювелирным изделиям, cообщил телеканал VRT. Трижды в год "Академия HB" будет набирать на 12-недельный...

30 июля 2021

«Норникель» принял участие в слушаниях Общественной палаты Норильска

По инициативе «Норникеля» в среду состоялось расширенное заседание Общественной палаты Норильска. Представители общественности и руководители компании обсудили усилия «Норникеля», направленные на улучшение качества жизни в Норильске. Об этом сообщается...

29 июля 2021

Валерий Будный: «Я очень верю в российского предпринимателя»

11 апреля 2016

budny_fullsize.jpgОтраслевой медиахолдинг в области ювелирной и часовой промышленности и торговли РЕСТЭК JUNWEX объединяет в себе такие виды деятельности, как проведение выставок и конгрессов, выпуск журналов, работу с Интернет-ресурсами и консалтинг. Он проводит крупнейшие в России ювелирные выставки, предлагает обширные программы продвижения ювелирных компаний на рынке, а также активно участвует в работе Всемирной федерации алмазных бирж (World Federation of Diamond Bourses, WFDB), членом которой является. В преддверии весенне-летнего выставочного сезона Валерий Будный, генеральный директор РЕСТЭК JUNWEX, рассказывает в интервью агентству Rough&Polished о работе холдинга и о проблемах, с которыми сталкивается ювелирная промышленность в наши дни.

В прошедшем году медиа-холдинг «РЕСТЭК JUNWEX» подписал соглашение о стратегическом партнерстве с Гильдией ювелиров России и Клубом «Российская Ювелирная Торговля». Это ведь не первое соглашение такого рода. Будет ли оно иметь положительные результаты и какие?

Соглашения подписываются, расторгаются – это жизнь, а все решают люди на самом деле. Сейчас у меня есть надежда на то, что общественность поставила во главе Гильдии людей, реально работающих и думающих о перспективе, и я надеюсь, что теперь мы реализуем соглашения. И это происходит уже сегодня. С Г. Г. Геворкяном мы внимательно наблюдаем за процессом выхода наших ювелиров на зарубежные рынки – мы действительно полностью конкурентоспособны на сегодняшний день и по ценам. Мы долгое время росли количественно, а сейчас, учитывая нынешнюю ситуацию в нашей ювелирной индустрии и, может быть, во многом благодаря нашим заклятым друзьям и их санкциям, мы сделали фантастический шаг и в качественном направлении. Российская ювелирная отрасль овладела всеми приемами дизайнерскими, всеми технологиями. Наши ведущие предприятия утерли нос итальянцам, потому что уже перешли с итальянского оборудования, где имеются «итальянские хитрости» (без итальянского наладчика станок не работает в России) на более современное и более качественное оборудование – из Германии, Японии… Раньше мы смотрели на итальянцев как на законодателей ювелирной моды и технологий – сегодня мы полностью владеем всем этим – и, уважая итальянский дизайн, научились творить сами, да еще и в китайских масштабах.

Скажите, как эти санкции вообще отражаются на отрасли?

Конечно, они значительно отражаются, несмотря на то, что носят в основном политический характер. Но на самом деле это вопрос больше экономический. Неся расходы в рублях, мы привязаны к цене металла, а он все же зависит от курса валют. Курсовые цены на металлы тянут назад. Но эти же курсы валют дали положительный эффект. Положительное влияние санкций, как это ни парадоксально звучит, заключается в исходе импорта с российской территории. Процесс импортозамещения, благодаря санкциям, стал реальным делом. На сегодняшний день импорта в стране – минимальный объем. Работает очень узкий круг предприятий и с небольшим ассортиментом два-три предприятия, сумевших наладить сквозной сервис обслуживания: там покупают, сюда завозят, обслуживают, чистят, ремонтируют, заменяют… Процесс импортозамещения реально идет, и по нашим выставкам видно, что импортеров осталось очень мало. Их место заняли российские производители. На российских стендах удивительно красивые коллекции. Если мы еще лет пять назад подозревали, что чуть ли не половина всей продукции на стендах импортная, которая «размешивает» отечественный товар, чтобы красивее блестело, то сегодня блестит красиво всё своё. Мы были в Гонконге в этом году, и российским национальным стендом, своей продукцией удивили иностранных байеров. И даже в технологичном плане: допустим, возле стенда «Альфа-Карат» возник спор о том, что гонконгцы уже видели такую продукцию в Виченце. После долгих разбирательств выяснилось, что, оказывается, на итальянской выставке это и была компания «Альфа-карат». Вот петербургское предприятие «Садко» тоже и работает высокотехнологично, и сумело создать ассортимент, востребованный на рынках Юго-Всточной Азии. А уж, казалось бы, китайцы, с их ценами…

С их трудолюбием…

Да, с их трудолюбием. Но мы на сегодняшний день, благодаря санкциям, даже по цене работы на грамм золота не просто сравнялись с китайцами, но и находимся в более выгодном положении. Конечно, в этом надо осознавать и отрицательные стороны: реальная зарплата китайцев растет, а в России уровень жизни падает… Но с точки зрения овладения технологиями, дизайном, повышения производительности труда, мы выросли. Выпускаем готовые коллекции, вполне конкурентноспособные на мировых рынках. И это может помочь ювелирному бизнесу расти дальше. Дело только в наших законодателях, в Госдуме, которая, как шутят, «перестала думать», а может, и видеть.

Сейчас безотносительно к выросшим доллару и евро все-таки мы работаем на отечественном сырье, и бриллианты подешевели на сколько-то процентов, и золото тоже. Как это отражается на положении ювелиров-производителей?

Тут надо считать: допустим, с одной стороны падает цена на золото, но растут курсы, и это несколько нивелирует дороговизну сырья. Но в любом случае, сегодня производство стало дороже – в связи с курсом валют и зависимостью от них сырья… Отдельно про ювелирные вставки: здесь мы в очень невыгодном положении. Сколько мы ни доказываем власть предержащим, что неразумно давить своего производителя налогами, таможенными сборами на вставки, которые отсутствуют в России и завозятся из-за рубежа, но воз и ныне там. У нас НДС в самом начале процесса, при покупке металла, – это во многом, конечно же, снижает маржинальность бизнеса, влияет на его результаты. Но нас не слышат, хотя, казалось бы, это простые вещи, весь мир работает по-другому. Но госаппарат всему приделывает «пятое колесо»…

А какую проблему ювелирной отрасли вы считаете проблемой № 1?

Законодательство. Смотрите, вот внесли изменения в закон о драгметаллах и драгкамнях, которые опять, как в 90-е годы условно поставили ювелиров в положение преступников: выбирай тебе 14 лет или 15 лет? И слева, и справа – тюрьма, как бы ты ни работал… Помните поговорку «Закон как дышло…»? Так вот, законодательство пишется именно таким образом – не для работы, не для жизни, а для чиновников. И чиновник с подобными законами, проверяя производство – и в «ювелирке», и вообще в любом российском бизнесе, – все равно может уличить тебя в преступной деятельности. Я помню, очень смеялся: был период, когда в законе было написано: «Разрешено без кассового аппарата работать на выставках, за исключением…» и в скобочках перечислено: «на выставках, проводимых в крытых павильонах, со стендами, с освещением…». Короче, всё, что написано в первой половине предложения, во второй опровергается. Чиновник может взять первую половину предложения или вторую – ты всегда будешь виноват, если, конечно, не ублажишь его.

Но ведь Антон Силуанов, Андрей Юрин, Александр Маркин принимают участие в ювелирных форумах, в конференциях, есть совместные комитеты…

Я скажу нелицеприятно: как-то так получается, что каждый чиновник сам по себе вроде нормальный человек. А вместе взятые они будто не слышат и не видят народ. Я как-то в Уфе с трибуны пошутил, что вместе они похожи на стадо, и сорвал аплодисменты, в том числе чиновников – каждый из них хороший человек, но по отдельности. Видимо, нужен хороший пастух.

Недавно прошел пик продаж, самый выгодный и самый активный сезон. Что вы ждете от этого года в сравнении с предыдущим?

Мы недавно обменивались мнениями с участниками и посетителями последних выставок, специалисты РосЮвелирЭксперта традиционно провели опросы: видим, что интерес покупателя к драгоценному подарку не пропал. Но изменился покупательский спрос – конечно, все зависит от платежеспособности, размера кошелька, а он сегодня не такой большой. Поэтому востребовано серебро, «легковес» золотой, новые технологичные вещи: например, серебро с золотыми накладками, полые цепи, другие изделия – воздушные, внушительного размера, но очень легкие ювелирные украшения. Конечно, вставки синтетические сегодня есть очень хорошие, красивые визуально камни Swarovski. Вот такой ассортимент популярен. Дорогой товар, естественно, тоже покупают. В беднейшей стране богатые только богатеют, поэтому этот сегмент немножко стал скрытнее, но, тем не менее, дорогие изделия продаются. Мы пережили тот период, когда росли количественно, сегодня качественно – но качественно и в деньгах. Мы продаем меньше в килограммах, в тоннах. К сожалению, по отношению к 2008 году вдвое упали в тоннаже производства и, соответственно, в продажах – это взаимозависимый процесс. Но в деньгах, в рублевом эквиваленте мы все равно больше продаем, хотя любой экономист и предприниматель может назвать меня профаном, потому что трудно считать бизнес в рублях, когда этот бизнес привязан к валютному курсу.

Ситуация сложная, но жизнь продолжается. Может быть, нужно вспомнить фразу одного известного современного ювелира, характеризующую оптимизм российских ювелиров. Он говорит: «Ювелиры – как малые дети плачут, но растут». Борются, учатся выживать. К сожалению, сегодня и другая истина все более набирает обороты: если В. В. Путин вместе с Д. А. Медведевым три года назад говорили «не кошмарьте бизнес», то в реальной жизни через год этот кошмар вырос ровно вдвое. Возьмите статистику: сколько предприятий закрылось, попало под суды… Бизнес не кошмарят, его гнобят. И в этих условиях все больше приходит осознание еще одной ювелирной шутки: «золотое правило ювелиров – не светись». И я боюсь, что подобное положение может просто загнать бизнес обратно в 90-е, в черный рынок, серые схемы. Или же еще хуже: «выдавить» за рубеж, с чем мы боремся, призываем к совести…  Но патриотизм и совесть возможны, когда опираются на взаимность во власти, присутствуют и там, и тут в обязательном порядке. Есть важные для жизни простые понятия, такие как рентабельность, возможность работать на отечественном рынке… У нас же такое ощущение, что бизнес выжимают за рубеж. Вот сейчас в связи с открытием Таможенного союза, открываются «новые возможности»: работать выгодней в Казахстане, Армении, Белоруссии – бизнес дышит свободней, рабочая сила дешевле, отсутствие таможенных поборов, легче получить сырье. Производи там, привози сюда! И у нас ведь есть яркие примеры: угробили, благодаря российским чиновникам, огранку в стране. В свое время их поддержал и смоленский «Кристалл», видимо, стремясь к монополизму. Но, к сожалению, рынок так не работает. Сегодня наши алмазы гранят другие, мы им еще и сырье продаем с гарантией и скидками. Изменения в законодательстве привели к тому, что мы столкнулись с совершенно новой проблемой: абсолютное большинство предприятий в предыдущие годы закупило аффинажное оборудование и способно проводить аффинаж на своих предприятиях. Но ведь у нас, чем ближе к власти, тем богаче люди. Вот аффинажники ближе к золотодобыче, они, мягко говоря, пролоббировали законодательство. Если раньше мы боролись со сроками апробирования, договаривались с Пробирной палатой, находили пути сокращения сроков «заморозки» золота в процессе госконтроля ювелирной продукции, то теперь, решив эту проблему, стоим в очереди на аффинаж по месяцу и более. Какой умник принял этот закон?

Далекий от производства человек?

Абсолютно. К сожалению, это проявляется во всем. Вот разрушили янтарный рынок, причем даже признаются в этом, говорят: мы специально вбросили эти цены сейчас в рынок и посмотрим, пусть его там «пошарахает», к 2018 году, глядишь, все уравновесится, рынок установит цены. Они цены на янтарное сырье вздули в 5-6 раз, и сейчас ко мне обращаются китайские компании: дайте место на выставке, и мы будем продавать сырье. Действительно, склады китайские на три-четыре года вперед нашим сырьем заполнены. Сейчас они в два-три раза набросят цену на ту, по которой купили, и заработают здесь в России повторно.

Чисто эмпирически вздув цены, нам заявляют: ну что нам слушать российских участников рынка, мы консультировались за рубежом. Видимо, у тех известных «янтарных королей», бывших соотечественников, кто ныне в розыске. Каковы консультанты – таковы и дела, видимо, и интересы там. Как всегда, говорится одно, делается другое.

А что происходит с бриллиантами и бриллиантовыми украшениями? Ситуация не так плачевна, как с янтарем?

Крупные хорошие камни, хорошей чистоты, как были дефицитом, так и остаются. Бриллиантовые коллекции, конечно же, имеют другой цикл обращения на рынке. И если 30-45 дней для «массовки», литья, штамповки, «бескаменки» средняя обращаемость, то, конечно же, у бриллиантовых коллекций это даже не 90 дней, а гораздо больше. Бриллиантовый рынок меняет время. Сегодня покупательские возможности ниже. И наряду с привнесенными инновациями в технологии это меняет лицо бриллиантового сегмента.  Продажи изделий с мелкими бриллиантами держатся только за счет скидок. «Бриллиантщики», судя по «48-процентным» скидкам на недавней выставке, снижают свою маржу: жить надо, не закрывать же предприятия. Да и, видимо, неоправданное завышение стоимости бриллиантов в предыдущие годы дает возможность для скидок. Но назревают и другие проблемы: эта волна скидок, этот процесс снижения маржинальной стоимости бриллиантового бизнеса совпали с выходом на рынок синтетических бриллиантов, которые сегодня очень трудно отличить от настоящих. Технологии таковы, что можно достигать любых характеристик, с различными искусственными включениями, и отличить такие камни не всегда могут даже лучшие специалисты, мы имеем такие примеры. Второе – облагороженные, «леченые» бриллианты. Технологии «вылеченных» бриллиантов - лазерная уборка, исключение каких-то включений, повышение насыщенности цвета, прозрачности - не заметны человеческому глазу.

На рынок массово вышли все эти типы бриллиантов. Честному бизнесу, в котором искусственное не выдается за натуру, а «леченое» не скрывается, трудно конкурировать с этими вызовами. Впереди совсем другие цены. По-видимому, война этих трех бриллиантовых направлений бизнеса значительно повлияет на рынок, приведет к всеобщей корректировке цен. Надо быть готовыми к тому, что цены на бриллианты, маржинальная стоимость этого бизнеса в ближайшие годы будет более приближена к жизни. Бизнес станет трудней.  А в последующем поднять цены будет уже гораздо сложней. Покупатель привыкает, и эта покупательская память имеет длинную историю, длинную инерцию.

То есть бриллианты как средство инвестиций могут перестать работать?

Знаете, я не хочу так говорить. Все сложно. И нельзя забывать, что технологии развиваются не только в производстве, но и в контроле качества, происхождения камня… Вот морковка природная была более сладкой и вкусной с маминой грядки, чем с удобрениями в магазине. В земле ископаемых становится все меньше, и в любом случае наступит тот момент, когда истощенные запасы природного сырья, в том числе и алмазного, напомнят человечеству о стоимости этой природы.

Согласна. А как эта экономическая ситуация сказывается на выставочной деятельности?

Знаете, я от себя добавлю только одно: я очень верю в российского бизнесмена, предпринимателя, в наше купечество, если хотите. Как бы это ни было смешно, избито, но мы народ, умеющий выживать и приспосабливаться в хорошем смысле. Смотрите, сколько технологий продаж появилось… Не смогли продавать килограммы – стали продавать больше штук, полегче и побольше, да? Наши ювелиры быстро схватывают современный дизайн, говорят: «нас копируют» – но мы копируем с национальными особенностями, приспосабливая это и к спросу, и к глазу… Мы быстро улавливаем все течения моды, приверженности к новым цветам, новым камням. Мы это быстро используем и учимся конкурировать. Мы уже созрели для мирового рынка. То, что копируют китайские производители, в массовом порядке захватывая мир, плюс к этому в предыдущее десятилетие скупив множество технологий, которые сегодня начинают работать на них, конечно, многого стоит… Но изворотливость, пытливость ума российского человека, я думаю, позволит нам не остаться на обочине. Да и наш оптимизм не даст нам умереть. Выживем и будем успешными. Вот этого я хочу пожелать своим коллегам, ювелирам, тем кто ночами не спит и придумывает новые маркетинговые шаги, дизайнерские приемы и приемы продаж… Выживем! Я оптимист.

Галина Семенова для Rough&Polished