Серебро и бриллианты – «черный хлеб» ювелира

Фирма «ГРИНГОР» - современная производственная ювелирная компания, созданная в 2002 году в Санкт-Петербурге. Она успешно занимается развитием и внедрением инноваций, многие из которых находят отклик в России и за рубежом. В 2012 году «ГРИНГОР» был удостоен...

26 июля 2021

Скончался Вилли Нагель, джентльмен, у которого хватало силы и выдержки иметь дело с лидерами бизнеса и политиками

Автор: Алекс Попов

Вилли Нагель (Willie Nagel) скончался 14 июля. Его похоронили в пятницу в Израиле. Я летел из Нью-Йорка с пересадкой в Лондоне, когда это случилось. Поскольку я не мог быть там и выразить свои чувства Адаму и Тони,...

20 июля 2021

Реакция алмазной отрасли на тупик, в который зашел Кимберлийский процесс

Коалиция гражданского общества (Civil Society Coalition, CSC) Кимберлийского процесса (Kimberley Process, KP) недавно заявила, что планирует обратиться в Организацию Объединенных Наций, чтобы преодолеть тупик в вопросе пересмотра определения...

19 июля 2021

Природные и искусственные бриллианты - это два сегмента отрасли, которым придется научиться сосуществовать вместе

Проработав полдесятилетия в секторе экспорта и оптовой продажи ювелирных изделий с бриллиантами, Анмол Бхансали (Anmol Bhansali) прошел официальное обучение в алмазной области в Геммологическом институте Америки (Gemological Institute of...

12 июля 2021

L’ECOLE Van Cleef & Arpels: наша миссия - популяризировать ювелирную культуру

Франция с 19 мая этого года постепенно начала снимать карантинные ограничения с мест культурного отдыха, в том числе и с музеев. Всемирно известная Школа Высокого Ювелирного Искусства (L’ECOLE des Arts Joailliers) Van Cleef & Arpels стала одной...

05 июля 2021

Китайский путь к урану Намибии лежит через алмазы России

03 августа 2009

Сообщения информационных агентств о готовности Китая закупить в России крупную партию сырых алмазов в 2009 году и выкупить практически весь срез добычи АЛРОСА 2010 года создают неожиданную интригу и могут повлиять на прогнозы развития мирового алмазного рынка самым кардинальным образом. Несмотря на то, что официальные представители АЛРОСА и Шанхайской алмазной биржи почти синхронно заявили, что им «ничего не известно о подготовке подобных сделок», объективные основания для такого взаимодействия существуют.

Готовность АЛРОСА - а кстати, и Гохрана - продать имеющиеся у них стоки алмазного сырья по сколь-нибудь приемлемой цене, не вызывает никаких сомнений. АЛРОСА уже пребывает в предбанкротном состоянии, а алмазные стоки Гохрана в имеющемся составе и объеме представляют собой крайне рискованный актив, зависящий от колебаний слабого и нестабильного сегодня алмазного рынка. Учитывая, что в 2010 году российский бюджет будет дефицитен и придется прибегать к внешним заимствованиям, продолжение Гохраном закупок алмазов у АЛРОСА означает увеличение рисков, поскольку вероятность дальнейшего падения цен на алмазном рынке весьма высока. Оправдание такого решения, очевидно, лежит в политической сфере – совершенно ясно, что без адекватной государственной поддержки Западную Якутию ждут вполне реальные проблемы уже этой осенью. В этих условиях появление покупателя, может быть, и не очень щедрого, но зато масштабного, разом решало бы все проблемы российской алмазной отрасли.

Но зачем такая покупка нужна Китаю? Безусловно, среди стран–потребителей алмазов, Китай выглядит сегодня наилучшим образом. В 2008 году только онлайн продажи ювелирных изделий в Китае превысили $1,7 млрд, а годовой оборот китайской ювелирной индустрии составляет около $17 млрд. Общий объем операций на Шанхайской алмазной бирже в первом полугодии 2009 г. вырос почти на 7% по сравнению с аналогичным периодом 2008 г. и составил $692 млн. Этот успех особенно впечатляет на фоне падения активности на традиционных торговых площадках – в Израиле, Бельгии, США. По некоторым оценкам, доля Китая в мировом алмазном потреблении уже сегодня составляет около 5% и в следующие 10 лет будет только расти. Все это так, однако переход от 5% мирового потребления к 25% (именно столько способна предложить Китаю Россия) в течение каких-то полутора лет слишком напоминает эпоху «большого скачка», хотя времена Председателя Мао уже давно стали Историей. Если Китай действительно намерен выкупить стоки АЛРОСА (а возможно, и Гохрана) и купить весь срез добычи российской корпорации 2010 года, то такую сделку невозможно объяснить ростом внутреннего потребления изделий с бриллиантами в самом Китае и экспортными успехами китайских гранильщиков. И все же объяснение есть.

Китай – крупнейший импортер энергоносителей; без импортной нефти, угля и урана его экономика существовать не может. И чем стремительнее развивается Китай, тем в большую зависимость он от этого импорта попадает. Поэтому стратегической целью Китая является установление контроля над месторождениями энергоносителей. К концу июня 2009 г. золотовалютные резервы Китая увеличились по сравнению с тем же периодом 2008 г. на 17,84% и достигли $2,13 трлн, а во втором квартале 2009 г. они прибавили еще $177,9 млрд; суверенные фонды Китая располагают $300 млрд. Такие активы позволяют Китаю претендовать на солидные доли в любых транснациональных добывающих компаниях, но попытки китайцев их приобрести наталкиваются на отчаянное сопротивление, осуществляемое по политическим причинам и часто политическими способами. Когда еще летом 2005 г. CNOOC проиграла Chevron при попытке приобрести Unocal, представитель китайской стороны объяснил свое поражение «беспрецедентным политическим давлением». С тех пор китайцы значительно продвинулись в приобретении добывающих активов, но и сопротивление возрастает, и методы борьбы все менее напоминают экономические.

Особо важным для Китая является рынок урана. Сегодня в энергобалансе Китая 84% потребляемой электроэнергии обеспечивают угольные ТЭС и только 1,3% - атомные станции. Эта колоссальная, по сравнению с развитыми странами, диспропорция должна быть преодолена к 2030 году, когда ядерные генерирующие мощности Китая должны возрасти в 30 раз - планируется построить около 100 новых АЭС. В том, что план по строительству АЭС будет выполнен, сомнений нет, а вот свободный доступ Китая к урану гораздо более проблематичен. Собственные китайские подтвержденные запасы урана не превышают 1,5% от мировых, годовая добыча порядка 850 тонн не покрывает и 50% сегодняшних потребностей. Между тем программа развития атомной энергетики Китая предусматривает увеличение потребления урана в 5 раз к 2020 г., а мировой рынок урана становится дефицитным и цены на нем стремительно растут – в этом году прогнозируется двукратный рост. Чтобы обеспечить нормальную работу создаваемой мощной атомной энергетики, Китаю необходим контроль над соответствующими месторождениями урана, а это крайне трудно осуществить.

Лидерами добычи урана являются Австралия, Канада и Казахстан, совокупные запасы которых превышают 45% мировых. Китай покупает уран в этих трех странах, но только в Казахстане он смог получить долю в совместных предприятиях по разработке урановых месторождений, позволяющую рассматривать эту страну как надежный источник. Для стран Британского содружества политический аспект взаимодействия с Китаем является, очевидно, определяющим, и приобретение хотя бы блокирующих пакетов компаний, эксплуатирующих канадские и австралийские урановые месторождения, для китайцев нереально. Попытка китайцев значительно (до 18%) увеличить свой пакет в Rio Tinto (контролирует компанию Energy Resources of Australia, которая производит более 10% мирового урана) потерпела фиаско и перешла в политический скандал, в ходе которого четверо сотрудников шанхайского офиса Rio Tinto были арестованы по подозрению в шпионаже.

В 2009 г. на четвертое место на мировом урановом рынке вышла Намибия. Эта страна имеет три крупнейших урановых месторождения, способных обеспечить 10% мировой добычи урана: Rossing, которое разрабатывает компания Rossing Uranium Ltd, дочерняя комания Rio Tinto (68,6%); Langer Heinrich, принадлежащее компании Paladin Resources Ltd; и Trekkopje. Китай чрезвычайно активен в урановой отрасли Намибии. В августе 2008 г. был заключен контракт на поставки урана в Китай с месторождения Rossing, а два месяца спустя китайская компания Guangdong Nuclear Power Corporation заключила контракт с компанией Areva на покупку 35-процентной доли в проекте Trekkopje. Это был самый серьезный успех Китая (не считая Казахстана) на мировом рынке урана, и он не прошел незамеченным.

К моменту начала промышленной добычи урана на месторождении Trekkopje у китайцев в Намибии начались серьезные неприятности. В июле 2009 г. власти Намибии инициировали расследование деятельности китайской государственной компании Nuctech, с которой тесно связан сын президента КНР Ху Цзиньтао - Ху Хайфен (он был президентом Nuctech, а сейчас занимает пост секретаря партийной организации в Tsinghua Holdings Co., "дочкой" которой является Nuctech). Арестовано три человека, в том числе сотрудник Nuctech, которым предъявлено обвинение в коррупции. Разумеется, никто не утверждает - по крайней мере, публично, - что это расследование является реакцией на слишком темпераментное поведение Китая на урановом рынке Намибии. Но то, что уран – главный интерес Китая в Намибии, сомнению не подлежит, как и то, что по сравнению с урановыми проектами остальные китайские инициативы в этой африканской стране просто ничтожны.

Бюджет Намибии в значительной степени формируется за счет алмазной промышленности, которая обеспечивает не менее трети экспортных доходов. В отличие от уранового рынка рынок алмазного сырья сегодня пребывает в глубокой коме; в частности, прибыль в первом полугодии 2009 г. компании Namdeb, владельцами которой являются в равных долях De Beers и правительство Намибии, сократилась на 65% по сравнению с аналогичным периодом 2008 г. Несмотря на то, что с апреля по конец июня добыча алмазов была остановлена, на складах Namdeb скопились значительные нереализованные запасы сырья. В этих условиях алмазная промышленность Намибии является чрезвычайно восприимчивым к угрозам ценовых ударов объектом. Следовательно, правительство Намибии обязано внимательно прислушиваться к аргументам стороны, способной такой удар нанести.

Для того чтобы гарантированно прикончить бюджет Намибии в 2009–2010 гг., требуется единовременно выбросить на рынок алмазного сырья на $1,5 - $ 2 млрд. Это как раз столько, сколько Китай может приобрести в России благодаря предполагаемой сделке с АЛРОСА. Для Китая с его гигантскими золотовалютными резервами, суверенными фондами и активами энергетических госкорпораций это мизерные расходы, а ставка велика – фактический контроль над четвертым в мире производителем урана, контроль, без которого перспективная энергетическая стратегия Поднебесной повисает в воздухе.

Сергей Горяинов