Часть 2: KPCSC хочет, чтобы Россия помогла выйти из тупика в вопросе о новом определении конфликтных алмазов

В первой части этого состоящего из двух частей эксклюзивного интервью с Шамисо Мтиси (Shamiso Mtisi), координатором Коалиции гражданского общества Кимберлийского процесса (Kimberley Process Civil Society Coalition, KPCSC), мы сосредоточились...

25 октября 2021

Часть 1: KPCSC дает представление о незаконной добыче алмазов и торговле ими в Африке

Хотя Кимберлийский процесс (Kimberley Process, KP), контролирующий алмазную отрасль, гордится тем, что с момента своего создания в 2003 году значительно сократил поток алмазов из зон конфликтов, Коалиция гражданского общества Кимберлийского процесса...

18 октября 2021

Ювелирную отрасль России надо обновлять и серьезно

Дина Насырова  —  вице-президент Международной ювелирной выставки J-1, недавно прошедшей в московском Гостином Дворе. Как партнёр и муза известного художника-ювелира Ильгиза Фазулзянова она активно участвовала в подготовке его персональной...

11 октября 2021

Smiling Rocks, благотворительная бизнес-модель, вдохновляет компании работать ради совершенствования мира

Зулу Гхеврия (Zulu Ghevriya), генеральный директор и соучредитель компании Smiling Rocks, основатель компании Vedantti Jewellery и управляющий директор Prism Group, работает в алмазной и ювелирной отрасли свыше 20 лет. Зулу начал свой бизнес...

04 октября 2021

Надо упорно трудиться – и успех придет

Эдуард Уткин – генеральный директор ассоциации «Гильдия ювелиров России», эксперт Комитета ТПП РФ по драгоценным металлам и драгоценным камням - рассказал «R&P» о том, как внедряется система ГИИС ДМДК, а также о последних событиях и настроениях в ювелирной...

27 сентября 2021

Маккейн, Обама и алмазный рынок

13 октября 2008

В начале октября 2008 года на московской конференции «Рынки капитала» ведущие российские финансисты и эксперты сформулировали достаточно пессимистичный прогноз развития мировой и российской экономик. Среди прозвучавших оценок и прогнозов наиболее важными представляются следующие:
- финансовый кризис в США спровоцирован subprime-ипотекой - это следствие попытки государства дешевыми деньгами насытить экономику, дабы преодолеть рецессию начала 2000-х годов;
- в течение ближайших шести месяцев значение индекса Доу-Джонса опустится ниже 7700 пунктов, вернувшись, таким образом, к показателям 2002 года;
- цены на нефть будут устойчиво снижаться, и возможно достигнут $70 за баррель;
- укрепление рубля не будет осуществляться;
- восстановление мировой экономики начнется не ранее 2010 года.

Тема президентских выборов в США была практически проигнорирована выступающими. Очевидно, по умолчанию следует полагать, что сформулированные прогнозы универсальны и вероятность их реализации никоим образом не зависит от того, кто станет 44- м президентом США – демократ Барак Обама  или республиканец Джон Маккейн.

Между тем два президентских срока демократа Билла Клинтона (1993 – 2001 г.г. ) принципиально отличались от двух сроков республиканца Джорджа Буша (2001 – 2008 г.г.) именно своими экономическими программами. Если отбросить пеструю идеологическую шелуху, суть этих программ сводилась к простым парадигмам: «сильный доллар – дешевая нефть» (демократы), «слабый доллар – дорогая нефть» (республиканцы). В период правления Клинтона цена на нефть была достаточно устойчива и колебалась около отметки $20 за баррель, позиции доллара по отношению к марке, фунту, йене и т.д., выглядели просто железобетонными. При республиканцах цена барреля взлетала выше $140, а доллар выглядел столь плачевно, что даже дал основание некоторым авторитетным экспертам прогнозировать его скорую кончину как мировой резервной валюты.

Определялся ли фантастический взлет цен на углеводороды в 2001 – 2008 г.г. исключительно повышением мирового спроса на энергоносители? Может ли реальная потребность на нефтепродукты любой, пусть даже самой развитой экономики вырасти за год на 100%? На 200%? На 400%? Разумеется, нет. Восемь лет энергичного правления республиканцев продемонстрировали в очередной раз высокую эффективность механизма управления «нефтяным оружием», механизма, сконструированного еще в 1945 году с помощью «пакта Куинси», предоставившего нефтяным компаниям США эксклюзивные права на разведку, разработку месторождений и приобретение саудовской нефти под гарантии Саудитам защиты от любой внешней угрозы.

Этот механизм (по сути – контрольный пакет мирового нефтяного рынка) по крайней мере,  дважды использовался для достижения глобальных геополитических целей и оба раза республиканцами. В 1985 г. при Рональде Рейгане цены были обвалены до уровня, исключающего рентабельную добычу в СССР и бюджет «страны развитого социализма» лопнул как мыльный пузырь. В 1999 году, непосредственно перед введением евро, в Лиссабоне состоялось совещание глав государств и правительств Евросоюза, на котором была поставлена сверхзадача «превратить ЕС в самый конкурентноспособный и динамично развивающийся регион планеты к 2010 году». Такая радужная перспектива была по достоинству оценена на другой стороне Атлантики, и то, что казалось таким близким при $20 за баррель, очень быстро стало несбыточной мечтой при $90.

В первом случае «игра на понижение» шла против очевидного врага – коммунистического режима. Во втором настоящего конкурента предпочитали не упоминать всуе, зато на авансцену вытащили чучело «международного исламского терроризма». Эффектные теракты, колоритные боевики (по возможности в странах – экспортерах нефти), ну и жемчужина операции – многострадальный Ирак.  Сегодня абсолютно ясно, что цель этой компании была отнюдь не в уничтожении мифического ОМУ Саддама Хуссейна, и уж тем более не в привнесении очередной порции демократии на Ближний Восток. Цель была гораздо прозаичнее и успешно достигнута - $90 за баррель. Именно тот уровень, который превращает в пыль желание ЕС стать «самым конкурентным и динамичным регионом планеты».
Почему именно республиканцы оказались способны реализовать такие решения? Потому, что республиканская партия – это прежде всего «Еххоn Mobil», «Halliburton», «Carlyle Group», etc. Ядро энергетического комплекса США, с практически абсолютным влиянием на OPEC через Саудовскую Аравию.

Демократам этот механизм недоступен. Бомбежка Багдада в 2003 году подбрасывала нефтяные фьючерсы на десятки процентов. Удары по Белграду в 1999 году оставляли нефтяных трейдеров практически равнодушными.  У демократов другие решения  - монетарные. Для таких решений нужен сильный доллар, который невозможен без дешевой нефти. Как сделать нефть дешевой? Просто приглушить на несколько децибел «международный терроризм», убрать войска из Ирака, начать лояльные переговоры с Ираном, сменить гнев на милость по отношению к России в грузинских и украинских делах. Это даст  $50 за баррель. С учетом инфляции – цена 2001 года. И можно начинать работать, например,  с обнулившейся Россией кредитами МВФ. Очевидно, что именно этот вариант больше всего соответствует прогнозу российских экспертов, особенно учитывая отказ от дальнейшего укрепления рубля.

Россия – один из крупнейших в мире производителей и экспортеров алмазного сырья. Поэтому предположительная ставка российских финансистов на победу Барака Обамы вдвойне интересна, т.к. США являются главным потребителем изделий с бриллиантами – на их долю приходится до 70% мирового рынка. Очевидно, что любое сильное, тем более негативное изменение покупательной способности американского населения способно оказать самое серьезное влияние на весь «алмазный трубопровод». Падение спроса на бриллианты в США на 10-15% - это тысячи потерянных рабочих мест в Израиле, России, в Африке, Канаде.

Что же произойдет с покупательной способностью американцев в случае победы Обамы или, напротив, Маккейна? Хотя экономические парадигмы республиканцев и демократов выглядят диаметрально противоположными, но различаются они только на уровне методическом, интегральная цель одна – обеспечить уровень потребления,  соответствующий положению единственного мирового лидера. США – прежде всего гигантский потребитель и в этом качестве они необходимы миру. (Да, Китай, например, сегодня, располагает такой долларовой массой, что выброси он ее разом на рынок, и финансовая система США рухнет как карточный домик. И куда потом Китай денет весь свой низко – и высоко- технологичный экспорт?).

Представляется, что для алмазного рынка между Обамой и Маккейном ощутимая разница все же есть. При демократах, при сильном долларе и дешевой нефти, должно резко возрасти количество рабочих мест для среднего класса и, соответственно, существенно возрастет покупательная способность именно этой части населения США. Во всяком случае, так было при Клинтоне. Это означает увеличение спроса на изделия с бриллиантами в среднем ценовом сегменте, который и «делает погоду» на рынке. При республиканцах, при дорогой нефти и слабом долларе, сохранится тенденция к росту спроса в премиум – сегменте бриллиантового рынка, на бриллианты для богатых и очень богатых американцев, что собственно и можно наблюдать сегодня в качестве одного из побочных результатов восьмилетнего «техасского нефтяного ралли». И хотя таких клиентов немало, для алмазного рынка в целом совокупный «демократический» спрос будет отличаться от «республиканского» в лучшую сторону. Кроме того,  стабильно сильный доллар (да еще при рубле, остающемся без господдержки) существенно улучшает положение ведущих экспортеров алмазного сырья и АЛРОСА в первую очередь (экспорт алмазов – за дорогие доллары США, налоги и прочие внутренние издержки – в дешевых рублях).

Сегодня мы наблюдаем, как словно по указке дрессировщика, ведущие европейские страны и Россия повторяют «телодвижения» ФРС и министерства финансов США, направленные на санацию банковской системы и увеличение ликвидности. С паузой в 1 – 2 дня выкупаются обанкротившиеся банки, вбрасываются бюджетные деньги на фондовые рынки, снижаются учетные ставки. Все спасают себя, но в итоге все спасают США, поскольку все рынки в конечном итоге завязаны на доллар как на реально единственную мировую резервную валюту. В лице США необходимо спасти самого щедрого покупателя, иначе некому будет продавать – на примере алмазно-бриллиантового рынка это видно совершенно отчетливо.

Чья модель окажется эффективнее для решения задачи сохранения (а при удаче – преумножения) уровня потребления – это и есть главная интрига выборов в США. В 2000 году переход к «слабому доллару – дорогой нефти» дался нелегко – пять недель подсчета и пересчета голосов и в результате победа Джорджа Буша над Альбертом Гором решением Верховного суда с перевесом в один голос. В 2004 победа над Джоном Керри досталась республиканскому кандидату несравненно легче, несмотря на кошмар теракта 9\11, потери в Ираке и Афганистане. Республиканская модель за четыре года  доказала свою эффективность – потребление росло. Когда в финал «праймериз» демократической партии 2008 года вышли Хиллари Клинтон и Барак Обама, а Альберт Гор, по всем статьям легко переигрывающий престарелого ветерана Маккейна, решил не повторять попытки, у многих мелькнула мысль, что достигнута некая предварительная договоренность. Женщина и афроамериканец – это вне традиций американских президентских выборов, самый перспективный демократ устранился, таким образом Маккейн получил значительную фору. Выбор кандидатур вице-президентов и особенно грузино-абхазский конфликт, срежиссированный и разыгранный в лучших традициях республиканцев, казалось, давали Маккейну неоспоримое преимущество. Но финансовый кризис, оказавшийся неожиданно серьезным, спутал все карты. Действительно, он был спровоцирован subprime-ипотекой и это не что иное, как попытка вытянуть уровень американского потребления на новую, запредельную высоту. Но попытка опасная, очевидно ошибочная и пока неясно, по чьей инициативе на самом деле предпринятая.

Сейчас кандидаты изощренно обвиняют в кризисе друг друга. Это нормально. Это поверхность, предвыборное шоу, в котором, как правило, не заходят дальше хорошо известных пределов. Но сама глубина кризиса указывает на настоящую, серьезную угрозу, на ошибку уже однажды имевшую место в послевоенной американской истории.  В нынешней ситуации можно найти черты рецессии начала 2000-х годов, а в России даже аналогии с 1998 годом.  И все же она с каждым днем все сильнее напоминает далекий 1961 год, когда в условиях кризиса победил демократ, хорошо знавший правила игры, но в силу личных причин не желавший им следовать.

Rough&Polished