В странах с высоким доходом будет расти спрос на крупные лабораторные бриллианты

Анастасия Шрамко - специалист по драгоценным камням, алмазному и бриллиантовому рынку, аналитик. Автор курса «Лабораторно выращенные бриллианты: геммология и рынок», проводимый на площадке и в коллаборации с Геммологической Академией (Международный...

23 мая 2022

В ожидании того, что никогда не произойдёт? - Botswana Diamonds ожидает результаты рассмотрения заявки на концессию на кимберлиты в Зимбабве

Компания Botswana Diamonds, занимающаяся разведкой алмазов, в конце 2020 года подала заявку на получение концессий на кимберлитовые месторождения на северо-западе Зимбабве. Управляющий директор компании Джеймс Кэмпбелл (James Campbell) сказал...

16 мая 2022

«Спрос намного превышает предложение», - говорит Дев Шетти, основатель-президент и генеральный директор FURA GEMS

В 2017 году, после десяти лет работы главным директором по производству и членом совета директоров Gemfields, компании по добыче цветных драгоценных камней, Дев Шетти (Dev Shetty) сделал смелый шаг, основав с нуля горнодобывающую компанию. Он...

09 мая 2022

Игорь Куличик: алмазный рынок сейчас в начальной фазе турбулентности

Игорь Куличик - известный эксперт в сфере алмазного рынка. Проработал 20 лет в алмазной отрасли: 2002-2017 - CFO АЛРОСА, 2018-2022 - член совета директоров АГД Даймондс. Член совета директоров промышленных и финансовых групп России. В своём интервью...

02 мая 2022

Есть классическая фраза: «Искусство - посол мира». И это правда

Вероника Волдаева - главный эксперт Гохрана России, кандидат искусствоведения, Заслуженный работник культуры Российской Федерации, автор-составитель декоративно- прикладного раздела коллекции ценностей Гохрана России, куратор выставки «Рукотворная связь...

25 апреля 2022

Платина: от «подделки» к одному из самых дорогих металлов

14 февраля 2022
На протяжении всей истории человечества спрос на те или иные виды минерального сырья постоянно менялся. Это всегда было вызвано развитием научно-технического прогресса, изменением структуры экономики, открытием новых месторождений. Сегодня очевидно смещение центра тяжести в добыче и производстве от «традиционных» видов сырья (например, железо, уголь, хром) к тем ресурсам, которые востребованы новыми и новейшими технологиями. Речь, в частности, идет о металлах платиновой группы (МПГ, платиноиды). 

Как ни удивительно, но в течение длительного времени платина не представляла особой ценности. В XVI веке испанские конкистадоры во время промывки золота в Новой Гранаде стали замечать, что некоторые самородки были смешаны с непонятным белым металлом. Они были раздосадованы этим обстоятельством, поскольку его было крайне трудно отделить. Испанцы назвали этот металл «platina» – «серебришко» – уменьшительное от испанского слова «plata» – серебро. Платина стоила тогда вдвое меньше серебра, в 5 раз меньше золота и использовалась исключительно для подделок, как считалось тогда, золотых украшений.

В современном мире стоимость платины и золота конкурируют. С 1997 года был продолжительный период, когда платина стоила дороже золота. В 2008 году платина, достигнув своего пикового значения в $2300 за унцию, была дороже золота более, чем в два раза. Затем ситуация неоднократно менялась. Золото прибавляет в цене в кризисные моменты, когда вкладчики, по-прежнему считая его самым надежным активом для инвестирования, увеличивают на него спрос. Это наглядно подтверждается ситуацией сегодня, в эпоху неопределенности стоимость золота в 2 раза выше, чем платины.

В целом за период с 2000 по 2020 год, средняя цена платины была около $1057,5 за унцию, а средняя цена золота за унцию $902. Пока среднее ценовое соотношение золота и платины – в пользу последней. 

К металлам платиновой группы относят шесть элементов – платина, палладий, рутений, родий, осмий и иридий. Из них наиболее востребованными считаются платина и палладий. МПГ по сравнению с другими металлами обладают исключительными свойствами, в частности, высокой электропроводностью, пластичностью, теплопроводностью, стойкостью к коррозии, нетоксичностью, а также способностью сохранять все это в широком диапазоне температур, давления и состава агрессивных сред. За счет этих уникальных свойств МПГ все шире используются в различных отраслях промышленности, в том числе в нефтеперерабатывающей, автомобильной, химической, в медицине, а также радио- и электротехнике, электронике, приборостроении и других.

Открытие месторождений МПГ и начало их освоения в промышленных масштабах 

До 1820 года единственным источником платины была Колумбия. Когда добыча там стала снижаться, были открыты месторождения на Урале, ставшие основным поставщиком платины на следующие 100 лет.

В Канаде в 1888 году платина была обнаружена в медно-никелевых рудах провинции Онтарио. Таким образом с конца Первой мировой войны и до 1950-х гг северный сосед США был главным источником поставок. В 1924 году фермер из провинции Трансвааль в Южной Африке нашел несколько самородков платины в русле реки. После этого геолог Ганс Меренский обнаружил два месторождения длиной около 100 километров каждое. Они стали известны как магматический комплекс Бушвельд. Его рудники сегодня обеспечивают три четверти мировой добычи платины.

Добыча МПГ непрерывно росла со времен Второй мировой войны. Это было вызвано появлением новых технологий. В частности, платину начали использовать в нефтяной промышленности и в набирающей обороты индустрии пластмасс. 

В 1960-х-1980-х гг. спрос на платину рос за счет ее использования в ювелирных украшениях, которые постепенно завоевывали рынки сначала Японии, затем Германии, позже Швейцарии и Италии. К 1990-м гг они покорили Великобританию, США и Китай, которые сегодня являются крупнейшими рынками платиновых ювелирных изделий.

В 1974 году Соединенные Штаты открыли эру автокатализаторов - технологии, в которой металлы платиновой группы используются для преобразования ядовитых примесей в выхлопных газах автомобилей в безвредные вещества. Использование автокатализаторов распространилось по всему миру. С момента их появления они предотвратили попадание в атмосферу Земли более 12 миллиардов тонн загрязняющих веществ.

Рынок МПГ сегодня

Структура распределения МПГ по странам мира не претерпевает существенных изменений вот уже нескольких десятилетий. Мировые запасы платиноидов оцениваются примерно в 69 000 метрических тонн. Почти все они, более 90%, находятся в Южной Африке. Доля ЮАР в мировом производства платины и палладия составляет свыше 71% и 35% соответственно. Существенной сырьевой базой обладают также Россия, Зимбабве, США и Канада. 

Рынок МПГ характеризуется высокой степенью монополизации. Так, в ЮАР добычу этих металлов ведет около десятка компаний. Однако поставки МПГ фактически находятся под контролем трех корпораций: Anglo Platinum Ltd., Impala Platinum Holdings Ltd. (Implats), Lonmin plc.
Только эти компании располагают собственными мощностями по выпуску товарной продукции – рафинированных МПГ. Более того, заводы Anglo Platinum Ltd. и Implats имеют возможности для переработки большего количества сырья, чем добывают сами. Остальные, более мелкие компании, не обладают достаточными ресурсами для создания производств полного цикла, ограничиваясь в лучшем случае строительством обогатительных фабрик на своих месторождениях. Концентраты МПГ, выпускаемые такими предприятиями, скупаются Anglo Platinum Ltd. для дальнейшего передела. Implats, кроме того, владеет крупными пакетами акций двух рудников, добывающих платиноиды в Зимбабве. 

Ситуация на мировом рынке платиноидов в значительной степени определяется общим состоянием глобальной экономики. В периоды ее роста, развития высокотехнологичных отраслей промышленности, использующих значительные количества МПГ, повышения уровня жизни населения спрос на платиноиды также устойчиво растет. И наоборот. Так, например, в 2020 году производство МПГ в Южной Африке, ведущем мировом поставщике, уменьшилось на 11% по сравнению с 2019 годом. Помимо внутренних проблем (увеличения затрат на рабочую силу и электроэнергию, ненадежное электроснабжение) сокращение было вызвано общемировыми тенденциями – ограничениями, связанными с COVID-19, и нарушениями логистических цепочек.

МПГ в России

В России рынок МПГ едва ли не полностью монополизирован одной компанией – «Норильский никель». Опасения, однако, вызывает тот факт, что компания (а вместе с ней и природные богатства России) все больше подпадает под международное управление. Так, из 13 членов Совета директоров четверо являются иностранцами: трое – представители Великобритании и один – Украины.
Но интереснее всего личность гражданина Великобритании Гарета Пенни, возглавляющего Совет директоров «Норникеля» в качестве независимого председателя с марта 2013 года. На протяжении 22 лет он работал в De Beers и Anglo American plc, последние пять из которых он был генеральным директором группы De Beers. 

Не менее любопытны в этой связи условия, а точнее гарантии, на которых Пенни осуществляет свою деятельность в «Норникеле». По информации из открытых источников от 2016 года известно, что, если «на следующем годовом собрании он не будет избран в Совет и не станет председателем или если его полномочия председателя закончатся раньше собрания по итогам 2016 г., то он получит $3 млн за вычетом суммы, полученной за проделанную работу». Предусматривается также дополнительное ежеквартальное вознаграждение равными траншами до 10 июня 2019 г. Практика заключения договоров на таких условиях вообще-то встречается крайне редко. 

Российско-южноафриканский платиновый картель: вымысел или реальность?

К тесному сотрудничеству с «неевропейскими» странами нас толкает сама геополитическая обстановка. 30-летяя приверженность российской внешней политики европоцентризму не оправдала ожиданий: Запад и США вводят против России новые санкции и не думают снимать прежние. Иметь союзников в лице Китая и Вьетнама – дело хорошее, однако стоит обратить внимание и на юг Африки.  В частности, у России и ЮАР имеются объективные предпосылки для развития взаимовыгодного партнерства. 

Так, например, ЮАР является самым крупным - 71% - мировым производителем платины. Доля России – 13%. Россия занимает 1 место в мире по добыче палладия - 43%. На Южную Африку приходится 35%. То есть доля Южной Африки и России в мировом производстве платины и палладия составляет свыше 84% и 78% соответственно. В этой связи, на мой взгляд, целесообразно было бы подумать об объединении усилий обеих стран для создания структуры, подобной ОПЕК.

Эта идея, что называется, лежит на поверхности. Нет ничего необычного в том, что страны, обладающие монополией на добычу тех или иных полезных ископаемых, договариваются о сотрудничестве для усиления своего влияния на глобальных рынках путем регулирования мировых цен на ресурсы. 

Между тем, попытки создать такой картель были. Еще в 1996 году, во время визита в Россию одного из руководителей ЮАР, тогдашнему премьер-министру РФ Е. М. Примакову было предложено рассмотреть вопрос о взаимодействии наших стран на рынке МПГ. Примаков, что называется, «вежливо уклонился» от обсуждения этого вопроса.  А жаль…

Сейчас потребность возвращения к этому вопросу может возникнуть в преддверии встречи в верхах Россия-Африка, проведение которой планируется в ноябре с. г. Помимо меморандумов о намерениях, нужны реальные дела в направлении развития двусторонних отношений. 
У России и ЮАР имеется огромный потенциал для взаимовыгодного сотрудничества. Однако российскому бизнесу придется вступить в соперничество с мировыми гигантами из числа западных монополий, а также с компаниями из Индии и Китая. Нужно также иметь в виду, что успех российских инвесторов будет в значительной мере определяться знанием всех нюансов ведения бизнеса в ЮАР, в том числе знанием ВЕЕ-законодательства и правильным выбором ВЕЕ -партнеров.

Восстановление Российской Федерацией экономических связей с государствами Африки в области использования природных ресурсов и возможность координации их сырьевой политики позволит существенно укрепить позиции России на континенте. 

Маргарита Образцова для Rough&Polished