Алмазный рудник им. Гриба: геология, экология и промышленная безопасность

Геннадий Пивень, первый заместитель генерального директора АО «АГД Даймондс», рассказывает о своей работе на алмазных месторождениях Якутии и Архангельской области.

10 декабря 2018

Я мечтаю увидеть Индию в роли мирового лидера в производстве элитных ювелирных изделий - Санджай Котхари

Санджай Котхари (Sanjay Kothari) является руководителем отраслевого уровня, который не нуждается в представлении в отрасли драгоценных камней и ювелирных изделий … Бывший председатель Совета по содействию экспорту драгоценных камней и ювелирных...

03 декабря 2018

Стиль всегда отражает культуру

Рина (Reena) - многосторонняя творческая натура, получившая награду ювелирный дизайнер, художник, изображающий бриллианты, профессор, лектор, а также организатор работы с сообществом и многое другое. Признанная в качестве одного из ведущих мастеров...

26 ноября 2018

Кэмпбелл из Botswana Diamonds о выходе АЛРОСА: вечных совместных предприятий в геологоразведке не бывает

Botswana Diamonds в настоящее время ведет переговоры с крупной алмазодобывающей компанией по приобретению доли в компании Sunland Minerals, ранее принадлежавшей компании АЛРОСА. Совместное предприятие Sunland было создано в 2014 году для тестирования...

19 ноября 2018

Если настоящие камни подменяются искусственными, изымается идея, которую ты берешь вместе с украшением, сделанным из подлинного камня

Елена Титова – директор Всероссийского музея декоративного искусства. Возглавляемый ею музей, не столь давно основанный (менее 40 лет назад), но один из самых популярных и стильных музеев столицы, который славится, в том числе, и своей коллекцией...

12 ноября 2018

«Юбилейные» речи

03 декабря 2018

Обновлённая «долгосрочная» стратегия АЛРОСА 2018-2024 породила живую дискуссию, в которую активно включился генеральный директор самой АЛРОСА.

Ключевым вопросом стало отсутствие каких-либо планов у руководства компании восстанавливать затопленный подземный рудник «Мир».

Сергей Иванов младший, назвав чушью мнение «некоторых» аналитиков, которые обратили внимание, что опубликованный вариант Стратегии компании АЛРОСА не предусматривает восстановление «Мира», уточнил, что, как только проект будет согласован, он немедленно появится в этой же самой Стратегии.

Я человек консервативный и не умею так широко толковать значение слово «стратегия». Мне представляется, что стратегия горнодобывающих компаний предполагает дать вектор развития бизнеса на годы вперёд, что, безусловно, включает в себя и планируемые ключевые проекты инвестпрограммы. Строительство нового рудника «Мир» как реанимация эффективной бизнес-единицы со своими сверхбогатыми запасами либо является частью Стратегии, либо нет. Стратегия же в том виде, в котором она была представлена, позволяет сделать вывод, что менеджмент компании не считает стратегической задачей тратить десятки миллиардов рублей на восстановление добычи рудника. Если бы компания для себя такую задачу ставила, то вопросы разработки проекта и его согласования оставили бы как тактические задачи на уровне текущих управленческих проблем, указав, что «Мир» остаётся частью плана стратегического развития Группы АЛРОСА в среднесрочной перспективе.

Напомню, почему этот вопрос показался мне крайне важным. Долгосрочная Стратегия АЛРОСА 2013-2023 гг., утвержденная перед IPO, базировалась на фундаментальном принципе: вовлечение новых объёмов руды с богатым содержанием на старых месторождениях за счёт инвестиций в отработку подкарьерных запасов подземным способом, что позволило бы обеспечить рентабельность новых беднотоварных проектов, таких как «Севералмаз», «Заря», «Зарница» и «Верхняя Муна».

По сути, Стратегия говорила: новых геологических открытий нет и не будет в перспективе, мы – АЛРОСА - неизбежно «доедаем» старые месторождения открытым способом, и, пока свободный денежный поток позволяет, необходимо инвестировать средства в подземку, чтобы остаться с богатой рудой в будущем. Выход высокомаржинального товара с подземных проектов позволит компенсировать низкорентабельные проекты, чья основная задача – сохранять объёмы добычи и рабочие места в системообразующих поселениях Айхала, Мирного и Удачного. Кроме того, компания делала прогностическое допущение о неизбежном росте стоимости алмазного сырья, что позволит проекты с нулевой рентабельностью перевести в разряд рентабельных, а не просто их субсидировать за счёт выручки с более богатых трубок.

Эти допущения о росте потребления своего продукта делают все компании, выходящие на публичный рынок. Иначе они не капитализировались бы просто. Сбываются эти прогнозы или нет – вопрос второй. Но ценовая конъюнктура после кризиса 2008 года позволяла компании интенсивно инвестировать в подземку, что в стратегическом плане отчасти хеджировало риски от возможного долгосрочного негативного изменения стоимости алмазного сырья в будущем.

Выпадение одного из основных «кирпичиков» этого фундамента – в нашем случае рудника «Мир» - ломает всю логику самой Стратегии развития АЛРОСА. Когда-то в одном из интервью с бывшим сотрудником АЛРОСА я узнал, что основной шуткой экономического блока компании, или как сейчас говорят «мемом», являлся термин «планово-убыточный». И не важно, что это было. Любой проект, который требовал массу допущений и, скорее всего, был не рентабельным, дабы не ранить чувства акционеров, нежно называли «планово-убыточным».

Думаю, в том виде, в котором новая Стратегия 2018-2024 гг. была представлена – это про нее, про плановую убыточность. И вот мои аргументы.

Отсутствие «Мира» ещё можно списать на эмоциональность составителей данного документа, которые не хотели возвращаться к трагическому эпизоду в истории АЛРОСА и огромным капитальным вложениям на строительство нового рудника, которые бы отрицательно повлияли на дивидендные потоки и долгосрочную финансовую модель. На этом бы можно поставить точку в дискуссии, если бы в этом же документе не появились «планы» по строительству подземного рудника на трубке «Юбилейная».

А вот здесь давайте разбираться.

Трубка «Юбилейная», открытая в 80-х годах прошлого века, находится примерно в 30 км от посёлка Айхал и является, по сути дела, последним крупным советским проектом в алмазной индустрии.

По рассказам очевидцев, руководство Якуталмаза изначально со скепсисом относилось к данному проекту по причине больших инвестиций и его неокупаемости даже в экономике Госплана. Были вопросы к содержанию и качеству алмазов. 8-я фабрика, обслуживавшая на тот момент карьер «Айхал», не могла «проглотить» предполагаемые объёмы руды, да и технология процессинга старой фабрики не обеспечивала показатели извлечения. Вопросы транспортировки руды породили массу фантастических проектов, в том числе даже всерьёз обсуждалось (говоря современным языком – для синергии) строительство отдельной железнодорожной ветки до «Удачного», где на пике производственных возможностей функционировал «ломаковский монстр» - самая большая в АЛРОСА обогатительная фабрика № 12.

В итоге руководством компании было принято волевое решение о реализации параллельных проектов – продлить жизнь и углублять карьер «Айхал», а для будущего воспроизводства сырьевой базы вновь созданного Айхальского ГОКа начать в 1988 году строительство и промышленное освоение трубки «Юбилейная». Для этого была дополнительно построена обогатительная фабрика № 14. Однако самая тяжёлая задача, с которой столкнулись проектировщики и строители, это непростые гидротехнические условия разработки месторождения. Трубка фактически «уходила» под воду, что потребовало отвести русло реки, создать систему сложных гидротехнических сооружений и переместить целое озеро.

Это определило будущее «Юбилейной». Особенностью карьера является компактная производственная площадка. Практически нет пространства для манёвра горнякам при углубке карьера и разносу бортов для безопасного ведения горных работ – перенести отвалы пустой породы уже не получится, так же как невозможно и перемещение ложа искусственного водохранилища. Но в 1988 году ни один из ученых и не предполагал, что при такой геологии и увеличении глубин карьера более чем на 450 метров в будущем, у кого-то могут возникнуть идеи осваивать трубку подземным способом.

Теперь о геологии. Трубку «Юбилейную» можно сравнить со слоёным «пирогом» в форме узкой «морковки», где самая вкусная начинка в середине. Иными словами, блоки с богатой рудой перемешаны с беднотоварными брекчиями и туффитами приконтактных зон. Если в начале эксплуатации трубки, по оценкам экспертов, содержание алмазов в руде было «стандартно беднотоварным», а это обычно от 0,5 до 1 карата на тонну, то по мере приближения к «середине» месторождения содержание увеличивалось до «высокорентабельного», а это, по профессиональным оценкам, может составлять от 2,5 до 3 каратов. Далее опять происходит падение содержания и качества извлекаемых алмазов на нижних горизонтах месторождения, включая подкарьерные запасы.

По мнению российской геологической науки и первооткрывателей из Амакинской ГРЭ Кириллина А. Д. и Черного Е. Д., это в принципе закономерно для Айхальского алмазного кластера. Содержание трубки «Айхал» считалось по мировым меркам высоким, следовательно, можно предположить, что это порядка 4-5 каратов на тонну руды, но чем глубже «зарывается» добыча, тем хуже содержание и качество, что подтвердилось при эксплуатации подземного рудника.

Эта особенность «Юбилейки» всегда искушала АЛРОСА использовать её как «загашник» для «выравнивания» показателей годовой добычи за счёт селективной выемки богатой руды. По сути – «выхватывали» ценные блоки руды в ущерб проведению вскрышных работ, требуемых проектом. В середине 2000-х в результате этого восточный борт карьера «Юбилейный» обвалился, обрушив вниз несколько миллионов кубов горной массы.

Если селективная выемка на «Юбилейном» в связи с необходимостью заместить выпавший «Мир» практикуется, то остатки богатых блоков руды «доедят» очень и очень быстро. А строить подземку на остатках – это решение как минимум не имеет коммерческой логики.

Компания говорила, что проводит геологическое доизучение трубки «Юбилейная» с помощью новых разрекламированных французских технологий бурения разведочных скважин большого диаметра с телеметрическими «елками» отбора керновых проб для понимания морфологии залегания кимберлитового тела и содержания в нем алмазов. АЛРОСА уверяла в том, что примененные разведочные технологии свидетельствуют об определённом росте содержания на нижних горизонтах. Однако любой геолог скажет – качество геологического материала для последующей подготовки и защиты технико-экономического обоснования проекта зависит от крупных объёмов и представительных проб, а не от технологий их извлечения. Просто это дорого – вот и всё. «Якуталмаз» времён СССР обладал возможностями максимально финансировать геологические изыскания в алмазных провинциях. Итог их очевиден – никто даже не планировал тогда строить подземный рудник на месторождении «Юбилейное», и поэтому подкарьерные запасы были во времена СССР вскрыты номинально - одной скважиной. Соответственно нет достоверных данных о содержаниях и стоимости алмазов с глубины.

Кроме того, АЛРОСА заявила о планах углубления карьера «Юбилейный» чуть ли не за рубеж свыше 700 метров.

Мне представляется, что простой инженерный анализ говорит о недостижимости подобных отметок. Самый большой карьер АЛРОСА и самый глубокий алмазный карьер в мире – «Удачный» - около 640 метров. Но он же фактически «вырезан в камне». На «Юбилейном» - «всё совсем не так». Неустойчивые борта карьера после неоднократных обрушений, сложные гидротехнические условия, ну и самый главный губительный фактор добычи на сверхглубоких карьерах – это неудачная роза ветров на «Юбилейном». После массового взрыва забои могут стоять неделями с предельными концентрациями опасных веществ. Как я уже сказал, компактная производственная площадка в схеме с огромными вскрышными отвалами, окружающими карьер, приводит к его серьёзной загазованности. На такой глубине его просто не проветрить никогда, и это опасно для взрывников и операторов карьерной техники.

Сложно давать прогнозы при существующей информации, но, принимая во внимание геологию данного месторождения, мне представляется что последние годы жизни данного месторождения – 2025-2026. Будущее покажет.

Безусловно, АЛРОСА, обладая всей полнотой информации, знает картину происходящего гораздо лучше меня. Видимо, поэтому идея о строительстве подземного рудника на месторождении «Юбилейное» «оттенено» существенной оговоркой о требуемой финансовой помощи со стороны государства.

А вот здесь мы и переходим к плановой убыточности как стратегическому выбору. Недавно запущено Верхне-Мунское месторождение – беднотоварное и логистически дорогое к отработке. Возить руду добрых полторы сотни километров по узкому технологическому проезду, гордо именуемому «дорогой», требует невероятного водительского мастерства. Не хватает пикетов, ремонтных боксов, возможностей оказания аварийной помощи. Одновременное нахождение 60 технологических машин на линии (не считая вспомогательного транспорта) – это непрерывный поток. Но, как говорится, «гладко было на бумаге», а если в пути поломка машины или если хуже – сход 90-тонного автопоезда под откос и авария? Но это уже технические детали, стратегически для нас важно понимать, что данное месторождение введено в строй при непосредственной финансовой помощи государства.

Такая помощь акционера своей компании уместна, в конце концов АЛРОСА это не просто производитель алмазов, но и десятки тысяч рабочих мест в Якутии. Однако очень важно, чтобы новые проекты не становились камнем, утягивающим экономику компании на «планово-убыточное» дно без учета того, что акционеры, помимо роста справедливой стоимости акций, всегда рассчитывают на щедрые дивиденды АЛРОСА. А без богатой руды «Мира», «Интернационального», «Удачного» беднотоварные «Севералмаз», «Верхняя Муна», подземный рудник «Юбилейный» превращаются из инструмента по поддержанию объёмов добычи и рабочих мест именно в такой камень на шее экономики всей Группы АЛРОСА, а по сути, и государства.

Ни один рудник, кроме «Интернационального» и «Айхала», пока не вышел на проектную мощность. И весьма мала вероятность, что мы дождёмся новостей о том, что это случилось. Сам рудник «Интернациональный» простаивал все лето в этом году по техническим причинам.

Кстати, АЛРОСА в рамках реализации программы по избавлению от непрофильных активов в феврале этого года продала свои газодобывающие «дочки» - компании «Геотрансгаз» и «Уренгойская газовая компания» - НОВАТЭКу за 30,5 млрд руб. Компания заявляла, что эти деньги она предполагает потратить на восстановление «Мира», однако полученные средства были потрачены на выкуп у Якутии квазиказначейских акций АЛРОСА-Нюрба и выплату промежуточных дивидендов.

Что остаётся для обеспечения экономики и ресурсной базы компании в горизонте хотя бы 5 лет, что по меркам долгосрочного планирования горнорудного бизнеса - ничто? Одно небольшое месторождение Нюрбинское-Ботуобинское и отработанные на 70% аллювиальные «Нижне-Ленское» и «Алмазы Анабара»? Может быть, Ангола, которая тоже вынуждает покупать сырье с плановым убытком? Бриллиантовые проекты стоимостью в несколько десятков миллионов долларов при потере миллиардов в запасах на «Мире» и «радостной» перспективе переехать в фундаменте своём с богатой руды на беднотоварную? А тут ещё и покупка смоленского «Кристалла»…

Стратегия развития в майнинговой компании предполагает длительный горизонт планирования горных проектов по добыче, чёткого осознания собственных ресурсов и реальности, в которой эта стратегия будет реализовываться. АЛРОСА сегодня это не «Де Бирс» времён монополии, который сам себе формировал клиента и цену на свою продукцию. И тогда «Якуталмаз» и сейчас АЛРОСА свои бизнес-стратегии реализовывали исключительно как добывающие компании, сбывавшие свою продукцию сначала «Де Бирс», а затем и на рынок, АЛРОСА не подвластный. Сегодня «Де Бирс» возглавил процесс создания нового ювелирного рынка – рынка синтетических алмазов. Рано или поздно он вступит в очевидный конфликт в своей ценовой и размерной группе с натуральными камнями. Скорее всего – уже вступил. Отсюда резкое снижение цены на мелочь.

В этих условиях – в условиях перехода к низкомаржинальной модели бизнеса - конкурировать можно только низкими производственными затратами, месторождениями с высоким содержанием, при этом ещё желательно, чтобы основные капитальные вложения уже бы состоялись в «тучные» алмазные годы, а также технологиями максимально щадящего извлечения алмазов из руды, позволяющими максимально сохранить объем добываемых крупных камней. Именно они – крупные алмазы природного происхождения в силу своей редкости будут расти в цене в долгосрочной перспективе.

Иначе мрачная шутка о планово-убыточном проекте как стратегическом выборе компании станет дурной реальностью.

Хотя нет, есть ещё надежда на новое прорывное геологическое открытие. Советский Союз «прозвонил» недра Якутии насколько позволял его потенциал. Последнее крупное открытие состоялось 22 года назад – трубка «Нюрбинская». Да и в мире не было открыто ничего значимого на протяжении последних 10 с лишним лет.

Но в чудо верить надо.

Сергей Горяинов, Rough&Polished