Если настоящие камни подменяются искусственными, изымается идея, которую ты берешь вместе с украшением, сделанным из подлинного камня

Елена Титова – директор Всероссийского музея декоративного искусства. Возглавляемый ею музей, не столь давно основанный (менее 40 лет назад), но один из самых популярных и стильных музеев столицы, который славится, в том числе, и своей коллекцией...

12 ноября 2018

«Мы будем работать только с рудниками и поставщиками, которые могут подтвердить полную и несомненную прозрачность», - заверяет Дэвид Забински, главный исполнительный директор TRIGEM

Дэвид Забински (David Zabinsky), многосторонний профессионал, имеющий степень бакалавра наук по государственным и юридическим исследованиям и испанскому языку, полученную в Боудин-колледже (штат Мэн, США), имеет опыт работы как в международном...

06 ноября 2018

Алмазный рынок в настоящее время проявляет осторожность, особенно в Европе

Анжелика Мавриду (Angelika Mavridou), родившаяся в Швейцарии, переехала в Салоники (Греция) со своей семьей только для того, чтобы создать свою собственную компанию JEWELLS GALLERY LTD, которая позднее была преобразована в акционерное...

29 октября 2018

Зимниски о розовых бриллиантах, о Lightbox компании De Beers

Независимый аналитик и консультант алмазной отрасли заявил, что, хотя и трудно оценивать исключительные и «уникальные» бриллианты, Pink Legacy (Розовое достояние), вероятно, принесет $2,64 млн за карат, когда уйдет с молотка в следующем месяце...

22 октября 2018

Альянс между производителем сырья в нашей стране и производителем бриллиантов просто неизбежен и необходим

Из чего складывается доходность огранки? Что это за профессия – инженер по обработке алмазов? Сколько времени уходит на то, чтобы стать огранщиком? Как работает ограночная фабрика? «Русская огранка» - она жива? Lightbox от компании De Beers – это что...

15 октября 2018

К вопросу о мотивах создания алмазной промышленности СССР

06 ноября 2018

К вопросу о мотивах создания алмазной промышленности СССР

Подавляющее большинство российских и зарубежных историков и публицистов считают, что советская алмазная промышленность создавалась главным образом ради преодоления зависимости СССР от импорта технических алмазов. Якобы до начала освоения якутских месторождений в 1957 году советская индустрия, прежде всего оборонная, испытывала хронический дефицит технических алмазов и алмазного инструмента, который к тому же усугублялся постоянной угрозой алмазного эмбарго, которое и было введено странами Запада в 1950 году (по мнению некоторых авторов – в 1938 году). Именно острый «алмазный голод» бурно растущей советской индустрии и был причиной развития алмазной геологии в СССР, открытия и освоения сначала уральских, а затем якутских алмазных месторождений. Здесь даже не стоит приводить ссылки, поскольку этот тезис является аксиомой практически для всех авторов, которые берут на себя труд исследовать историю российской алмазной отрасли и в различных вариациях он повторяется в сотнях публикаций, изданных за последние полвека.

Такой мотив создания алмазной промышленности в СССР долго служил и, к сожалению, продолжает служить базой для объяснения главных событий советской алмазной эпопеи и построения логических связей между ними, на нем основана вся хронология советского алмазно-бриллиантового комплекса. Увы, мотив этот ложный. И вектор исторических исследований, заданный этим мотивом, ведет в тупик, полный неустранимых противоречий, делающих невозможными ни правильную интерпретацию, ни успешный поиск новых данных.

Приступим к доказательствам.

В 1938 году алмазная тема получила высокий государственный статус - при Комитете по делам геологии при СНК (Совет Народных Комиссаров) СССР было создано Алмазное бюро и началась интенсивная разведка на алмазы на Урале. Как же в это время обстояло дело в стране с техническими алмазами?

В 1940 году председатель Совета по машиностроению при СНК СССР В. Малышев представил председателю Экономического совета при СНК СССР А. Микояну подробную справку о потреблении технических алмазов советской промышленностью1. В этом документе в качестве стран-экспортеров указывались Англия и Голландия, основными потребителями в СССР были названы наркоматы авиационной промышленности и среднего машиностроения, а потребность в технических алмазах на 1940 год определена в 3,5 млн золотых рублей. Курс доллара США к инвалютному (золотому) рублю был в эти годы 1:5,3. Один карат технических алмазов стоил на мировом рынке около 2,5 долларов. Таким образом, потребность СССР в технических алмазах в предвоенный год составляла около 260 тыс. каратов. В этой же справке указано, что реальное потребление технических алмазов в СССР составляло: в 1937 году – 2,5 млн золотых рублей; в 1938 году – 3,23 млн золотых рублей; в 1939 году – 2,063 млн золотых рублей. О дефиците алмазов, каких-либо проблемах с импортом, неудовлетворенных заявках наркоматов и т. п. документ не содержит даже намека – импортировали столько, сколько нужно и платили по мировым ценам.

В годы войны потребление технических алмазов промышленностью СССР существенно упало. В 1946 году на стол А. Микояна, который осуществлял координацию работ по подготовке постановления СНК СССР «О развитии отечественной алмазной промышленности» легла секретная «Справка о потреблении и производстве алмазов», в которой сообщалось, что среднегодовое потребление технических алмазов советской промышленностью в 1941-1945 годах фактически составило 109,6 тыс. каратов2. В этом документе также отмечалось, что «вся потребность народного хозяйства обеспечивается лишь поставками с импорта3». Парадоксальное, на первый взгляд, интегральное уменьшение потребления технических алмазов в годы войны объясняется как резким падением промышленного производства из-за остановки и последующей эвакуации заводов из западных областей СССР в первой фазе военных действий, так и мощным вливанием импортных станков по программе ленд-лиза, изначально укомплектованных необходимым алмазным инструментом. Из США поступило 38,1 тыс. современных станков, из Англии – 6,5 тыс. Существуют убедительные свидетельства, что станочный парк многих крупнейших оборонных предприятий СССР комплектовался станками ленд-лиза на 50%.

Несмотря на то, что собственное ежегодное потребление технических алмазов немногим превышало 100 тыс. каратов, СССР получал из Англии в 1941-1945 годах 620 тыс. каратов ежегодно по программе ленд–лиза4. Разница между фактическим потреблением, указанным в приводимой выше справке для Микояна, и данными по поставкам алмазов по ленд-лизу показывает, что СССР за годы войны создал значительный запас (до 2,5 млн каратов). И это не считая алмазного инструмента, поступившего вместе с ленд-лизовскими станками, и трофейных алмазов и алмазного инструмента, захваченных на хорошо оснащенных машиностроительных предприятиях Германии и ее сателлитов, попавших в советскую зону оккупации.

Таким образом, к началу «холодной войны» СССР обладал запасом технических алмазов, позволявшим удовлетворять потребности собственной индустрии в течение как минимум 5 лет безо всякого импорта даже при двух-трехкратном росте потребления по сравнению с военными годами. Но и при таком немалом резерве закупки на внешнем рынке после войны продолжались просто фантастическими темпами, превышающими довоенные в 2-5 раз. Пик этих закупок пришелся на 1952 год, когда на технические алмазы было истрачено 20 млн золотых рублей – в 5,7 раза больше, чем в предвоенном 1940 году!

В результате такой импортной политики в СССР уже к 1953 году был создан колоссальный запас технических алмазов, позволяющий удовлетворить нужды промышленности по разным сортам алмазов от 6 до 15 лет даже с учетом роста потребности на 10% ежегодно5. Тем не менее закупки продолжались до 1957 года в размерах, значительно превышающих довоенные. Причем все эти поставки осуществлялись вполне легально из Англии и Бельгии. Кроме того, страны советского блока – ГДР, Чехословакия, даже Румыния - беспрепятственно закупали технические алмазы в Европе, Бразилии, Африке.

Сегодня в нашем распоряжении имеются рассекреченные документы, позволяющие категорично утверждать, что СССР не испытывал ни малейших трудностей с импортом технических алмазов ни в довоенный период, ни во время войны, ни после нее. Более того, с 1946 по 1957 год этот импорт был перманентно избыточным, кратно превышающим потребности советской промышленности. Все поставки были официальными, ни о какой контрабанде речь не шла. Так что известные рассуждения об «алмазном эмбарго» и прочих чудесах вроде контрабандных каналов поставок через Ливан – это досужие вымыслы, не имеющие с действительностью ничего общего.

Итак, приходится признать, что главный мотив, на котором до сих пор строится вся историография советской алмазной промышленности – фикция. Не было никогда никакого «алмазного голода» в советской промышленности, не было пресловутого «алмазного эмбарго», не было советской алмазной контрабанды. Что же служило подлинным мотивом поиска и разработки алмазных месторождений на территории СССР?

Грамотный ответ на этот вопрос невозможен без оценки роли, которую сыграл в становлении советского алмазно-бриллиантового комплекса Анастас Микоян. Он стал Наркомом внешней торговли СССР в 1926 году и с этого момента все официальные экспортные операции с алмазами и бриллиантами в СССР шли через него. (Была еще специфическая ветвь советского алмазно-бриллиантового трафика, реализуемая через спецслужбы, но об этом разговор будет в следующих публикациях.) На Микояна также замыкались все импортные поставки технических алмазов и алмазного инструмента в 1926-1953 годах. Он держал в своих руках всю информацию и готовил важнейшие решения по алмазной теме: свыше 90% ключевых документов в этой области или адресованы ему, или имеют его подпись. Микоян не был ни геологом, ни горняком, ни промышленником. Ключевой фигурой в алмазной теме его сделали связи с западной элитой и понимание того, что алмазы и бриллианты - один из немногих советских активов, гарантирующий быстрый сбыт на Западе. Но этот актив не только был способен приносить конвертируемую валюту, хронический дефицит которой СССР испытывал постоянно. Он, как ничто другое, годился для конфиденциальных сделок с лоббистским и коррупционным подтекстом, а здесь Микоян был великий мастер - достаточно вспомнить историю с продажей раритетов Эрмитажа министру финансов США Меллону.

Весной 1946 года Сталин назначил Микояна координатором работ по подготовке постановления «О развитии отечественной алмазной промышленности». Первое, что сделал Микоян в этом качестве – заказал ведущему в то время советскому оператору на рынке бриллиантов Амторгу «Конъюнктурный обзор по драгоценным камням»6. В этом отчете специалисты Амторга сделали вполне обоснованный и недвусмысленный вывод: на мировом рынке предложение алмазного ювелирного сырья существенно отстает от спроса, следовательно, можно ожидать уверенного роста цен на ювелирные алмазы. Минимальный размер алмазов, которые тогда добывал Теплогорский алмазный прииск – 0,5 карата, при превосходном ювелирном качестве, техническая мелочь на Урале вообще не добывалась7. Вот так и был сформирован подлинный главный мотив развития алмазной промышленности СССР: алмазы любой ценой, даже ценой труда заключенных. Но не для промышленности, там этого добра хватало с избытком, а для экспорта. Конфиденциального, адресного, персонифицированного, внебюджетного экспорта.

Смена главного мотива создания и развития алмазной промышленности СССР играет принципиальное значение: получают объяснение многие загадочные события, связанные с интеграцией СССР в мировой алмазный рынок, и на исторической сцене появляются новые любопытные персонажи. И, возможно, историческое исследование приобретает прогностическую ценность, поскольку события начала 1950-х годов кое в чем весьма похожи на нашу сегодняшнюю реальность.

Сергей Горяинов, Rough&Polished

1ГАРФ. Ф. 5446. О. 24а. Д. 965. Л. 2,3.
2ГАРФ. Ф. 5446. О. 48а. Д. 825. Л. 102.
3Следует заметить, что Теплогорский алмазный прииск начал промышленную добычу алмазов на Урале в 1941 году. В соответствии с цитированным документом можно утверждать, что уральские алмазы в промышленность не поставлялись.
4Юзмухаметов Р.Н. О роли партийных и советских органов власти в ускорении работ по поиску месторождений алмазов в СССР. Вестник Самарского университета. 2012. № 2-2 (93). С. 149-154.
5ГАРФ. Ф. 5446. О.86.а. Д. 1113. Л. 2,3.
6РГАЭ. Ф.413. О. 13. Д. 5114. Л. 6,7.
7 ГАРФ. Ф.5446. О. 48а. Д. 825. Л. 101.


Rough&Polished начинает публикацию коллекции рассекреченных документов, позволяющих сформировать адекватное представление о создании и развитии алмазной промышленности СССР и России.

1. 1952 г. Письмо Внешторга А. Микояну о дополнительных закупках технических алмазов. ГАРФ. Ф. 5446. О. 86ф. Д. 1442. Л. 6.


analyt_06112018_1.jpg



2. 1952 г. Письмо Министра финансов СССР А. Зверева о запасах технических алмазов. ГАРФ. Ф. 5446. О. 86ф. Д. 113. Л. 2-3.

analyt_06112018_2.jpg


3. 1952 г. Распоряжение И. Сталина о дополнительной закупке технических алмазов. ГАРФ. Ф. 5446. О. 86а. Д. 1113. Л. 6.

analyt_06112018_3.jpg


4. 1953 г. Письмо Министра металлургической промышленности СССР И. Тевосяна о дополнительной закупке технических алмазов. РГАЭ. Ф. 8153. О. 5. Д. 1401. Л. 35.

analyt_06112018_4.jpg