Поколение Z считает платину металлом будущего, полагая, что она привносит новизну

Сринивасан (Srinivasan), выпускник Мадрасского университета, в 1984 году основал предприятие по производству ювелирных изделий, в котором работало всего 10 человек. Сегодня его группа компаний из Южной Индии является одним из крупнейших конгломератов...

Вчера

Серебро и бриллианты – «черный хлеб» ювелира

Фирма «ГРИНГОР» - современная производственная ювелирная компания, созданная в 2002 году в Санкт-Петербурге. Она успешно занимается развитием и внедрением инноваций, многие из которых находят отклик в России и за рубежом. В 2012 году «ГРИНГОР» был удостоен...

26 июля 2021

Скончался Вилли Нагель, джентльмен, у которого хватало силы и выдержки иметь дело с лидерами бизнеса и политиками

Автор: Алекс Попов

Вилли Нагель (Willie Nagel) скончался 14 июля. Его похоронили в пятницу в Израиле. Я летел из Нью-Йорка с пересадкой в Лондоне, когда это случилось. Поскольку я не мог быть там и выразить свои чувства Адаму и Тони,...

20 июля 2021

Реакция алмазной отрасли на тупик, в который зашел Кимберлийский процесс

Коалиция гражданского общества (Civil Society Coalition, CSC) Кимберлийского процесса (Kimberley Process, KP) недавно заявила, что планирует обратиться в Организацию Объединенных Наций, чтобы преодолеть тупик в вопросе пересмотра определения...

19 июля 2021

Природные и искусственные бриллианты - это два сегмента отрасли, которым придется научиться сосуществовать вместе

Проработав полдесятилетия в секторе экспорта и оптовой продажи ювелирных изделий с бриллиантами, Анмол Бхансали (Anmol Bhansali) прошел официальное обучение в алмазной области в Геммологическом институте Америки (Gemological Institute of...

12 июля 2021

Каково будущее зимбабвийской алмазной отрасли?

14 июня 2016

Недавние шаги, предпринятые зимбабвийским правительством по приостановке предоставления всех алмазных концессий на месторождении Маранге (Marange) и Чиманимани (Chimanimani) и по заморозке оборудования компаний, работающих там, вызвало возмущение как инвесторов, так и иностранных правительств. Истинные причины такого решения до сих пор неясны. В телевизионном интервью, данном в январе, Мугабе (Mugabe) заявил, что страна не получала достаточно с точки зрения поступлений, намекая на то, что алмазодобывающие компании могли скрывать значительные количества алмазов. По данным Мугабе, к нынешнему моменту алмазный бизнес дал всего US$ 2 млрд поступлений, хотя фактическая стоимость добытых алмазов должна быть порядка US$ 15 млрд. «Имеет место крупное мошенничество и большая контрабанда, - сказал Мугабе, - и компании, которые вели добычу, фактически воровали у нас наше богатство. Поэтому мы приняли решение, что эта область должна быть монопольной и только государство сможет вести горную добычу. Частной компании доверять невозможно». 

Но есть и менее жесткая мотивация принятия плана консолидации, нацеленная на повышение эффективности и начало осуществления дорогого проекта добычи на кимберлите на этом участке. Это мнение уже высказывал министр горнодобывающей промышленности Уолтер Чидаква (Walter Chidhakwa) в последние пару лет, но встретил сопротивление держателей концессий, которые сомневались в его осуществимости.

Консолидация

План консолидации является всего лишь последней главой долговременной политики, разработанной зимбабвийским правительством с целью поглощения частных компаний. В 2008 году президент Мугабе подписал Закон о местном производстве и вовлечении чернокожего населения в экономику (Indigenisation and Economic Empowerment Act), нацеленный на передачу управления иностранными предприятиями в местные руки. Этот шаг подвергся большой критике как международных экономических учреждений, так и местной оппозиционной партии MDC. Аналогичная попытка по захвату и перераспределению земли в пользу местных фермеров в начале 2000-х годов погрязла в коррупции и нарушениях, и бόльшую часть концессий получили члены правящей партии и члены их семей. Объем сельскохозяйственного производства резко сократился, и население пострадало от нескольких кризисов, вызванных массовым голодом.

Следует отметить, что в результате действия Закона о местном производстве алмазодобывающие компании, работающие на месторождении Маранге, были вынуждены вступить в совместное предприятие с государственной зимбабвийской корпорацией по развитию горнодобывающей промышленности Zimbabwe Mining Development Corporation, которой принадлежит контрольный пакет акций (51%). Если план консолидации будет действовать и дальше, все эти компании будут слиты в одну государственную компанию под названием Zimbabwe Consolidated Diamond Company (ZCDC), которая будет отвечать за всю деятельность по добыче алмазов.

Цифры о мошенничестве с алмазами

Самым впечатляющим в зимбабвийском скандале является объем алмазов, предположительно выведенных из-под официального контроля правительства. Алмазы на US$ 13 млрд, контрабандно вывезенные из страны - это цифра, в которую трудно поверить, и трудно понять, как можно было это сделать при полной безнаказанности. И жители сел в районе Мэникаланд, и оппозиция критиковали правящую партию ЗАНУ-ПФ, даже требовали немедленной отставки Мугабе. В недавнем интервью информационно-аналитическому агентству Rough&Polished, бывший министр финансов Тендаи Бити (Tendai Biti) сказал, что ЗАНУ-ПФ «создала обстановку очковтирательства и бесконтрольности в отношении алмазов».

Министр горнодобывающей промышленности обещал провести расследование предполагаемого хищения: «Мы выбрали несколько компаний для проведения судебно-бухгалтерской экспертизы всех компаний с целью установить, как компании вели добычу алмазов в последние пять-шесть лет в зависимости от того, когда они начали работать», - сказал Чидаква. Да, довольно удивительно, что, несмотря на такие серьезные обвинения, не было проведено настоящего уголовного расследования. Это минимальное, что делается в случаях предполагаемого мошенничества и контрабанды, когда это касается государственной собственности. Согласно результатам недавнего расследования, в 2011 году компания, связанная с итальянской мафией, смогла контрабандно вывести около 1 млн каратов алмазов на сумму от US$70 млн до US$440 млн за одну единственную поездку в страну. 

Кимберлийский процесс: очевидная, но игнорируемая проблема

До сих пор скандал с алмазами из Маранге в основном ограничивался зимбабвийскими политическими спорами, но в долгосрочной перспективе это может иметь серьезные негативные последствия для всей системы торговли алмазами. В частности, именно Кимберлийский процесс (КП) должен был выступить в защиту своей репутации. Согласно Сертификационной схеме КП, каждая партия алмазов должна сопровождаться сертификатом, подтверждающим ее происхождение и исключающим подделку. Эти сертификаты должны выдаваться компетентным национальным органом, в данном случае зимбабвийским правительством. Поэтому правительство должно быть проинформировано о том, сколько алмазов было экспортировано. Если миллионы каратов зимбабвийских алмазов были проданы без ведома властей, то эти алмазы были вывезены контрабандным путем без действительных сертификатов или, что еще хуже, с сертификатами, выданными третьей страной, которая мошеннически заявляет, что является производителем алмазов, добытых на Маранге. 

В любом случае трудно объяснить, как органы КП по мониторингу могли просмотреть такое большое расхождение в показателях торговли алмазами, принимая во внимание то, что они должны иметь полный доступ к данным об объемах импорта, экспорта и производства каждой страны-участницы. Вебсайт «Статистика Кимберлийского процесса» (Kimberley Process Statistics) предоставляет некоторые данные о количестве алмазов, официально добытых в Зимбабве. В период с 2010 по 2014 год в Зимбабве добыто 44 млн каратов (включая алмазы с ранее существовавших рудников Мурова /Murowa/ и Ривер-Ранч /River Ranch/), всего на общую сумму US$ 2,23 миллиарда. Все эти алмазы постоянно продавались с сертификатами Кимберлийского процесса. Если верно то, что не хватает алмазов еще на $13 млрд, то это означает, что примерно 160-250 млн каратов (в зависимости от того, идет ли речь об исключительно высококачественных алмазах или о большом количестве алмазов среднего качества) попали на легальный рынок без нормального сертификата Кимберлийского процесса.

Эти цифры просто слишком высокие для того, чтобы на них не обратил внимания Кимберлийский процесс, и это может быть плохо также и для Зимбабве. Не следует забывать, что до 2011 года руководство КП говорило о недостаточной безопасности и отсутствии внутреннего контроля за контрабандой алмазов как основной причине наложения запрета на алмазы с месторождения Маранге. В свете последних событий это решение может быть принято снова, и в этот раз Зимбабве трудно будет получить международную поддержку по защите своих собственных интересов.

Добыча на конгломерате

Вероятно, это является причиной того, почему одновременно с рассказами о «мошенничестве с алмазами», зимбабвийское правительство также дает другое объяснение по вопросу о национализации алмазодобывающей отрасли. Алмазодобывающие компании, которые работают в Маранге до сих пор, обвинялись в нежелании инвестировать дополнительно в процесс промышленной добычи на конгломерате, предпочитая добывать малозатратные аллювиальные алмазы. С точки зрения правительства, поступления от аллювиальных алмазов должны были быть снова инвестированы в добычу на кимберлите. На самом деле и Mbada, и Anjin развивали проекты по добыче на конгломератах, а другие компании, например, DMC, с самого начала предпочитали исключительно добычу на аллювиальных месторождениях. Но, по информации этих алмазодобывающих компаний, конгломераты Маранге имеют очень низкое содержание, что делает добычу алмазов коммерчески невыгодной. Министр Чидаква настаивает на внедрении современной технологии сортировки алмазов XRT для снижения затрат на извлечение алмазов, но даже и в этом случае неясно, оправданы ли такие инвестиции, учитывая низкое содержание алмазов в руде и вообще более низкое качество алмазов, поступающих с рудников Маранге.

Компенсации: не заслуживающее доверия предложение

Зимбабвийские власти приложили много усилий для того, чтобы успокоить негодование иностранных государств и компаний, инвестировавших несколько миллионов долларов в алмазодобывающую деятельность просто для того, чтобы увидеть, что их захватило правительство, но на самом деле борьба идет как на дипломатическом, так и на юридическом уровне. Президент Мугабе заявил в своем телевизионном интервью, что отношения с Китаем прекрасные и что он лично сказал председателю КНР Си Цзиньпину, что компания Anjin больше не нужна в стране и должна вернуться назад. Эта версия сразу же была опровергнута китайским послом в Хараре, который попросил зимбабвийские власти «гарантировать законные права китайских компаний и работников». Аналогичные высказывания были сделаны властями относительно российской компании DTZ-OZGEO, которая работает на небольшом алмазном руднике Чиманимани. Эта компания, которая сначала не подпадала под план консолидации, в марте аннулировала концессию. Министр Чидаква в апреле сказал прессе, что компания поддерживает политику правительства и хочет продать все свои активы. Но на недавней встрече в Зимбабве российский министр промышленности и торговли Денис Мантуров снова сказал о необходимости особого подхода и учета интересов DTZ-OZGEO.

Для каждой алмазодобывающей компании проблема состоит в полной утрате доверия к правительству в вопросе о выплате репараций в связи с экспроприацией участков горной добычи и оборудования. С финансовой точки зрения, Зимбабве разорена. В конце 2015 года страна имела задолженность в размере US$1,15 млрд Всемирному банку, US$601 млн Африканскому банку развития и US$110 млн МВФ. Разблокирование первого займа от МВФ за два десятилетия было приоритетом для Зимбабве в этом году, но Доменико Фаницца (Domenico Fanizza), представитель МВФ в Зимбабве, четко дал понять, что никаких займов не будет предоставлено, пока не будет решен вопрос с задолженностью в размере US$1,8 млрд.

При пустых сейфах нет шансов, что Хараре сможет выплатить надлежащую компенсацию алмазодобывающим компаниям, работающим здесь. Точные цифры общей стоимости этих концессий и оборудования трудно определить, но просто, чтобы иметь представление, скажем, что к августу 2011 года Anjin уже инвестировала US$380 млн в разработку рудника и на переселение жителей в новый поселок в жилом комплексе ARDA Transau Estate западнее Мутаре. Даже такая более мелкая компания, как, например, DMC, которая работает на сравнительно небольшой концессии, на конец 2011 года инвестировала US$35 млн в проект по горной добыче, плюс US$7 млн – на переселение.

Судебные разбирательства

В связи со всем этим алмазодобывающие компании обратились в суд для защиты своих интересов. Mbada Diamonds и Anjin уже оспорили запрет правительства в зимбабвийском Высшем суде, получив частичное удовлетворение, например, право доступа на алмазодобывающий актив для защиты своего имущества после того, как нелегальные старатели вторглись в их концессии. Все же основная часть этой юридической борьбы, вероятнее всего, будет разворачиваться не в национальных судах, а, скорее, в международном арбитражном суде. Например, китайские компании защищают свои инвестиции по Двустороннему договору об инвестициях 1998 года, который исключает экспроприацию, если не выполнены исключительные условия. Одним из таких условий является то, что экспроприация не может производиться, если не произведена компенсация, равная стоимости инвестиций непосредственно перед проведением экспроприации. Как говорилось ранее, это не кажется возможным в настоящее время из-за отсутствия ликвидности у правительства. Некитайские компании тоже, похоже, прибегнут к аналогичным формам правовой защиты на основании многосторонних договоров или даже особых условий, содержащихся в соглашениях о концессии. В любом случае маловероятно, что алмазодобывающие компании примут решение Зимбабве без сопротивления, и, судя по существующей ситуации, Хараре трудно будет обосновать свои действия с правовой точки зрения.  

Сценарии будущего

На этой стадии трудно прогнозировать будущее зимбабвийской алмазной отрасли, поскольку ситуация может развиваться по-разному. Все же, основываясь на существующей информации, можно составить некоторые вероятные сценарии, если правительство не откажется от плана консолидации.

Первый сценарий – это когда правительство будет сопротивляться давлению алмазодобывающих компаний и осуществит свой проект консолидации. Это наименее вероятный сценарий, поскольку потребуется поддержка со стороны иностранной компании или страны по предоставлению оборудования, опыта и финансирования, достаточного для такой высокотехнологичной промышленной добычи на конгломерате, о котором мечтает министр Чидаква. В настоящее время такой компании или государства нет, и маловероятно, что оно появится, принимая во внимание то, что страна до сих пор страдает от эмбарго со стороны Европейского союза и Соединенных Штатов и что основные инвесторы, например, Россия, Китай и ЮАР, потеряли доверие к местной алмазной отрасли в результате того, что выгнали их компании. 

Второй сценарий – это когда алмазодобывающие компании при поддержке своих стран займут твердую позицию по отношению к зимбабвийскому правительству и оспорят его решение как в арбитражных судах, так и с помощью дипломатического давления в виде нового запрета Кимберлийского процесса. Хотя это вероятный сценарий, он более драматичный, так как вызовет полную остановку алмазодобычи в стране по меньшей мере на пару лет, разрушив всю местную отрасль и оставив без работы многие тысячи людей. Это будет ситуация, в которой не будет победителя, когда ни Зимбабве, ни алмазодобывающие компании не смогут получать поступления и должны будут нести дальнейшие расходы на судебные разбирательства и обеспечение текущего техобслуживания на алмазных концессиях.

Приняв во внимание все эти факторы, окончательным и, вероятно, самым предпочтительным сценарием является тот, который предусматривает компромисс между правительством и алмазодобывающими компаниями. В случае такого соглашения, алмазодобывающие компании могут согласиться работать официально под зонтиком ZCDC, слегка наращивая горную добычу на конгломератах, в то же время направляя бόльшую часть своих поступлений правительству. Такое соглашение позволило бы полностью предотвратить потери для всех сторон, но этого не так легко достичь. В настоящее время существует огромный разрыв между требованиями правительства, которое находится под давлением со стороны международных учреждений, и финансовыми уступками, которые алмазодобывающие компании могут сделать, особенно принимая во внимание то, что объем производства в каратах на Маранге сокращается. В следующие несколько месяцев все стороны, вероятно, будут вовлечены в активные переговоры по поиску жизнеспособного решения, не привлекая внимания общественности.

Маттео Бутера, Rough&Polished